Системные иллюзии

Наука и технологии
Москва, 01.04.2013
«Эксперт» №13 (845)
У российской инновационной системы есть все необходимые составляющие, но как целое она работает плохо. Известный эксперт Ирина Дежина считает, что мы недостаточно учитываем два обстоятельства — нелинейность и слабую формализуемость инновационного процесса

Фото: Александр Иванюк

Почему в России так плохо с инновациями? Эта проблема постоянно в поле внимания российского правительства и общества. Мы решили обсудить ее с заведующей сектором экономики науки и инноваций Института мировой экономики и международных отношений РАН, руководителем группы по научной и промышленной политике cколковского Института науки и технологий Ириной Дежиной. Г-жа Дежина — автор многочисленных исследований и публикаций по проблемам инновационной экономики в России, в частности монографии «Наука в новой России: Кризис, помощь, реформы», написанной совместно с крупнейшим специалистом по истории российской науки профессором Гарвардского университета и Массачусетского технологического института Лореном Грэхэмом.

— Для полноценного функционирования инновационной системы в России, казалось бы, есть уже почти полный набор инструментов: все, что могли, мы позаимствовали. Однако система не работает.

— Главное в инновационной системе — именно ее наличие, то есть взаимосвязь элементов. А у нас, как вы правильно заметили, большинство элементов есть, но они слабо связаны между собой — либо вообще не связаны. Вы, наверное, знакомы с «тройной спиралью» — одним из направлений развития теории инновационных систем. Оно описывает динамику взаимоотношений государства, науки (в оригинале — университетов, то есть одновременно и науки, и образования) и бизнеса — трех основных акторов инновационной системы. Они не только взаимодействуют, причем по горизонтали (нет ведущей роли государства), но еще и заимствуют функции друг друга, то есть бизнес начинает уделять больше внимания образованию, университеты — предпринимательству, включаясь в разную инновационную активность, в том числе создавая малые компании. Государство, в свою очередь, все больше стремится использовать инструменты государственно-частного партнерства.

Все эти изменения — признаки выстраивания более тесных взаимосвязей при обязательном участии посредников, множества мелких агентов. Это не только малый бизнес, но и различные консалтинговые, сервисные службы, инжиниринговые центры, технопарки. То есть взаимодействия акторов разнообразны и происходят по самым разным направлениям и на разных этапах.

В России трудно как установить связи, так и найти квалифицированных мелких агентов. Для решения этих проблем уже разработано и принято немало документов, однако практическая отдача от них пока невелика. В стратегиях можно найти все нужные и верные слова — это объемные и достаточно эклектичные описания различных намерений и мероприятий, между которыми не всегда есть логическая связь. По крайней мере, это касается науки и инноваций, которые я отслеживаю. Например, не всегда понятно, как способствовать ненасильственному развитию связей между наукой и бизнесом, как одни меры «принуждения» к инновациям повлияют на другие параметры в области науки и инновационной деятельности. Конечно, все предусмотреть невозможно, поэтому для своевременной коррекции в мировой практике большое внимание уделяется мониторингу и оценке. В т

У партнеров

    «Эксперт»
    №13 (845) 1 апреля 2013
    ТЭК
    Содержание:
    Ресурсная взаимность

    Первый визит председателя КНР Си Цзиньпина в Россию показал, что стороны крайне заинтересованы в интенсификации ресурсной дружбы: россияне хотят поддержать рост своих нефтегазовых корпораций, а китайцы - получить экономически доступные ресурсы для сохранения конкурентоспособности собственной индустрии

    Частные инвестиции
    Потребление
    На улице Правды
    Реклама