«Вы пытаетесь меня затроллить»

Русский бизнес
Никель
Около года назад бывший пиарщик и политтехнолог Константин Рубахин зарегистрировал некоммерческую организацию «В защиту Хопра», потом переехал в Новохоперский район Воронежской области и стал координировать действия противников медно-никелевого проекта, который ведет УГМК.

До того времени Рубахин ни в каких экологических инициативах замечен не был. Родом он из Белгородской области. Окончил журфак Воронежского госуниверситета. В 2003 году работал на «Первом канале» в аналитической дирекции с Маратом Гельманом. Принимал участие в продвижении партии «Родина». После этого работал в пресс-службе Министерства транспорта России. А потом, до 2011 года, — советником директора авиакомпании «Атлант-союз». О том, что же подвигло его уехать из Москвы, оставить попытки поиска новой работы и броситься в трудоемкое и затратное предприятие по борьбе «за чистоту Прихоперья», он рассказывает в интервью «Эксперту».

— Чем вам не угодила УГМК?

— Мы боремся не против конкретной компании, мы боремся против разработки медно-никелевых месторождений в Центральном Черноземье — месте, которое способно кормить Россию на протяжении тысячи лет. Кроме того, мы боремся против катастрофической ситуации для всего Азовского бассейна. Мы не хотим, чтобы печальный пример Аральского моря повторился с морем Азовским.

— А почему вы решили, что из-за этой никелевой шахты обмелеет Азовское море?

— Потому что депрессионная воронка от двух шахт приведет к понижению уровня грунтовых вод. Из-за этого пострадает река Хопер — обмелеет катастрофически. А Хопер, если мы помним, — это треть Дона. А Дон, в свою очередь, впадает в Азовское море.

— Чем обоснованы ваши столь катастрофические прогнозы?

— Эти расчеты были сделаны на геологическом факультете МГУ, профессор Питьева подсчитала размер депрессионной воронки. Диаметр этой воронки, по ее расчетам, превысит 50 километров за десять лет работы шахты. Воронка затронет Хоперский заповедник, основой которого являются пойменные озера. Эти озера пересохнут.

В Воронежской области и так тяжелая ситуация с засухами, с плохим поливом, что уже понизило уровень грунтовых вод, а если произойдет еще и промышленное их понижение, то на очень большой площади пострадает сельское хозяйство.

Есть также вопросы к качеству проведения геологоразведочных работ. Они уже пробурили скважину, вода из нее течет бесконтрольно. А когда они дойдут до пласта, где находятся напорные рассолы, то это вообще будет ужас, потому что они, во-первых, в верховодке перемешаются, а во-вторых, просто выльются на чернозем.

— Как мы понимаем, сейчас речь идет об исследовании месторождения, какие тут могут быть риски? Сейчас же рассол не течет?

— До него еще не добурили. И вообще, чего им там еще бурить? Там все уже было достаточно изучено в советское время, чтобы уже сейчас можно было представить проект ГОКа. Разведка на никель в Воронежской области ведется с шестидесятых годов прошлого века. Пробурено порядка ста семидесяти скважин. Запасы Еланского месторождения приняты приказом Мингеологии СССР Государственной комиссией по запасам в 1990 году. Категория С2. Оно уже было признано месторождением и стояло на балансе государства. Четырнадцать рудных тел достаточно подробно описаны. Но потом эти протоколы пропали, и месторождение оказалось снова рудопроявлением,