«Антиисторический роман» как воскрешение истории

Культура
Писатели
«Эксперт» №22 (853) 3 июня 2013
Горан Петрович не верит в смерть литературы — она не умрет до тех пор, пока хотя бы у одного человека будет необходимость рассказать свою историю другому
«Антиисторический роман» как воскрешение истории

Для большинства российских читателей и критиков сербский писатель Горан Петрович является прежде всего наследником своего знаменитого соотечественника писателя Милорада Павича. Однако при всем сходстве стилей у них принципиально разный опыт. Петрович принадлежит к тем современным авторам, кто возвращает в литературу историю, хотя сам называет свои романы антиисторическими.

Чтобы отыскать параллели между Петровичем и Павичем, не надо быть литературоведом: характерные для Павича образы и усложненная композиция свойственны и Петровичу. С Павичем связано и первое появление Петровича перед российским читателем — будущий без пяти минут нобелевский лауреат 2004 года написал предисловие к роману Петровича «Атлас, составленный небом», опубликованному в 1997 году в журнале «Иностранная литература». С тех пор на русском вышла большая часть произведений Петровича, он не раз бывал в России, и не только в Москве.

Однако не надо упускать и различия, они вне литературы — в совершенно разном историческом контексте. Павич как писатель сформировался в Югославии. Самый знаменитый его роман, «Хазарский словарь», вышел в знаковом для Югославии 1984-м, в год Олимпиады в Сараево. Петрович же почти все свои книги писал, когда Югославия уже исчезла с карты, а Сербия еще несколько лет пыталась сохранить прежнее имя страны, переживая тяжелые времена, которые продолжаются по сей день. Связь между поэтикой и политикой здесь не прямая, но, с учетом разницы исторического контекста, едва ли справедливо называть книги Петровича «манифестом постмодернистского восприятия мира» (это высказывание критика Ясмины Михайлович об «Атласе, составленном небом» сразу пошло гулять по аннотациям). Один из главных персонажей произведений Петровича — история. Именно история и место в ней литературы и писателя стали основной темой нашей беседы с Гораном Петровичем в Белграде.

Эпоха ложного изобилия

Ваша первая книга, «Советы для облегчения жизни», вышла в 1989 году, когда еще существовала единая югославская литература. Но теперь она разделилась на югославскую и сербскую — совершенно разные явления в мировой литературе. В каком положении сейчас находится сербская литература?

— Сербская языковая среда невелика — ведь в Сербии меньше жителей, чем в Москве, и, даже если собрать всех сербов на земле, их все равно будет меньше. По мировым меркам носителей сербского даже не проценты, а промилле. Если брать только цифры, то сербская литература не может претендовать на особенно значительное место в мире. Кроме того, в сербском обществе читательская культура развита не так широко, как в русском или французском. Тем не менее благодаря ряду авторов сербская литература занимает в мире более высокое место, чем сербский язык. Но речь о другом. Мировая издательская деятельность все больше напоминает индустрию — мы получили своеобразный конгломерат промышленности, технического производства и искусства. Так, когда появилась киноиндустрия, она уничтожила художественные фильмы. Это не значит, что больше нет высоко