И зарезал сам себя

Книги
Нон-фикшн
«Эксперт» №22 (853) 3 июня 2013
И зарезал сам себя

Книгу делает первая фраза. Есть даже коллекционеры первых фраз. Есть даже писатели, которые вообще из экономии пишут только первые фразы романов… Но Борис Мещеряков неэкономен и издал целую книгу, которая начинается так: «Человек ко дню своего появления на свет получает полностью оборудованный для жизни мир».

Вы знаете, что такое кухонный разговор? О переустройстве мира и творении добра, о происхождении зла, о детях и жизни, о радости, о закате, о том, что такое старость и что же делать. Разговор по душам, бесконечный, иногда занудный, иногда необходимый. Вот таким разговором и оказывается эта книга. А занудные и необходимые ее куски меняются в зависимости от настроя читателя. Только что это было скучно — отвлекся, снова вчитался — ба! Да это же как раз то, о чем вчера думал.

Это история большой семьи в советские времена: от дореволюционных скупых воспоминаний, почти одни имена без биографий, до военных — лишения, смерти, преследования — и послевоенных радостей, столь острых на фоне окружающей бедности.

Вы любите байки? Житейские истории о музыкальных кружках и пионерлагерях, об армии и о свободе, о жизни небогатой и неиспорченной, о множестве людей — пьющих, грустных, хороших, работящих или ленивых. Кружится история жизни советского подростка, вбирает все больше разных родственников и знакомых и постепенно вырастает так, что даже обзаводится собственным вопросом: «Отчего развалился СССР?». Даже такие вопросы решает автор своими житейскими историями, впрочем, не настолько серьезно, чтобы этого совсем нельзя было вынести. Читатель только немножко пострадает, а в целом останется жить и будет даже крепче, чем до прочтения.

Мещеряков Борис. Там, где нас есть. — СПб.: АСТ, Астрель, 2012. — 384 с. Тираж 2500 экз.