Меняем лампы на коллайдерах

Наука и технологии
Радиоэлектроника
«Эксперт» №26 (857) 1 июля 2013
Первые транзисторы появились еще в 20-е годы прошлого века. К 1990-м они вытеснили вакуумные лампы практически из всех устройств: радио- и телеприемников, усилителей, — а также легли в основу создания современных компьютеров. Последние лампы остались лишь в эстетских аудиоусилителях и, как ни странно, символах передовой физической мысли — ускорителях частиц, где они выступают в качестве источника излучения для разгона заряженных частиц. Даже на Большом адронном коллайдере используются клистроны — многоэлектродные электронные лампы. Причиной тому высокая требуемая мощность. В импульсе источник должен давать излучение мощностью до мегаватта, поэтому лампам замены не было. Транзисторы были не в состоянии выдержать импульс достаточной мощности в необходимом диапазоне. Компания Siemens решила довести транзисторную революцию до логического конца и захватить рынок оборудования для коллайдеров. Ключевая роль в этой задаче отведена команде русских инженеров.
Меняем лампы на коллайдерах

Первые транзисторы появились еще в 20-е годы прошлого века. К 1990-м они вытеснили вакуумные лампы практически из всех устройств: радио- и телеприемников, усилителей, — а также легли в основу создания современных компьютеров. Последние лампы остались лишь в эстетских аудиоусилителях и, как ни странно, символах передовой физической мысли — ускорителях частиц, где они выступают в качестве источника излучения для разгона заряженных частиц. Даже на Большом адронном коллайдере используются клистроны — многоэлектродные электронные лампы. Причиной тому высокая требуемая мощность. В импульсе источник должен давать излучение мощностью до мегаватта, поэтому лампам замены не было. Транзисторы были не в состоянии выдержать импульс достаточной мощности в необходимом диапазоне. Компания Siemens решила довести транзисторную революцию до логического конца и захватить рынок оборудования для коллайдеров. Ключевая роль в этой задаче отведена команде русских инженеров.

Второе пришествие

Siemens в нашей стране не новичок. Первый контракт на поставку пишущих телеграфов в Россию был заключен еще в 1851 году. Российский рынок выручил компанию во время серьезного кризиса после потери ею всех заказов от телеграфного ведомства Пруссии. И до 1860-х оборот российского офиса даже превышал показатели берлинского. В 1883 году Карл Сименс приобрел лицензию на использование в России ламп Эдисона и построил в Санкт-Петербурге первую фабрику по производству соответствующего оборудования — кабелей, ламп, переключателей. На заре эпохи электричества Siemens был основным поставщиком в Россию динамо-машин и электродвигателей, участвовал в пуске трамвайных линий и построил несколько заводов и электростанций. Звездное время российского направления было перечеркнуто Первой мировой. В 1916 году вся собственность компании в России была национализирована. Эта тема до сих пор табу в компании, и на нетактичные вопросы сотрудники отвечают молчанием и скорбным выражением лиц. Однако разрыв был недолгим: советская власть вскоре возобновила отношения с компанией, а в годы индустриализации СССР стал крупнейшим покупателем из всех когда-либо имевшихся у Siemens.

Сейчас ассортимент поставок в Россию весьма широк — от автоматизированной системы управления дамбой в Санкт-Петербурге и высокоскоростных поездов до оснащения Большого театра. Но открывать свои производства на территории России Siemens до сих пор не спешил. И причиной тому не только 1916 год. Сейчас Россия уже не самый большой рынок сбыта из 190 стран, где работает Siemens. Его оборот в России, Белоруссии и Центральной Азии в 2012-м финансовом году менее 1,9 млрд евро при общей выручке 78,3 млрд евро. Поэтому у Siemens в России пока лишь два своих завода по производству трансформаторов и высоковольтного оборудования и несколько СП. Но уже на несколько ближайших лет инвестпрограмма составляет около 1 млрд евро, включает в себя создание более десятка новых производств и 4 тыс. квалифицированных рабочих мест. А 17 июня состоялось открытие нового

Как немцы мир покоряют

нутри Siemens роль научно-исследовательского института выполняет департамент корпоративных технологий (СТ), работающий преимущественно на внутренние нужды. Его ядро — CTT, отдел корпоративных исследований, занимающийся ключевыми и межотраслевыми технологиями. По сути это экспертная сеть, занимающаяся не только разработкой новых продуктов, но и отслеживанием появляющихся идей, продуктов, технологических тенденций, поддержанием связей с университетами. В работе над проектами Siemens активно использует сторонние научные организации и как подрядчиков, и как экспериментальные площадки. Например, московское отделение оснащено лишь минимальным набором оборудования, которое можно разместить в обычном офисе. Большая часть испытаний проводится на площадях заказчиков и партнеров.

Всего в CTT работает 1744 исследователя в 12 офисах, из них в крупнейшем офисе в Мюнхене 958, в американском отделении 369, в московском офисе 50. На CTT приходится 7,2% R&D-бюджета Siemens — около 300 млн евро. Из них треть — базовое корпоративное финансирование, 57% — контракты для других департаментов и 10% — внешнее финансирование. Оформлением прав на интеллектуальную собственность занимаются около 500 человек, что позволяет Siemens оформлять по 40 патентов в день.

Департамент корпоративных технологий работает по 13 основным исследовательским направлениям. Российское отделение специализируется на четырех из них: добыча углеводородов и перспективные технологии тепломассообмена, неэнергетическое применение ядерных технологий, металлы и сплавы, разработка программного обеспечения для мониторинга состояния технических систем и написание программных ядер.

Корпоративные заказы офисы СТТ выигрывают на тендерах, которые проводит штаб-квартира, собирающая заявки от производственных департаментов. При этом учитывается как компетентность офиса, так и стоимость работ. В России Siemens до сих пор был ориентирован только на продажу готовых продуктов и их незначительную адаптацию под местный рынок, поэтому большую часть исследовательских заказов российское отделение департамента корпоративных технологий получает от европейского и американского подразделений

Помимо проектных денег есть базовое финансирование от штаб-квартиры, покрывающее постоянные затраты и позволяющее сотрудникам часть времени тратить на инициативные проекты. Для их стимулирования в российском отделении проводится конкурс, выигравшие его сотрудники получают три месяца и 30–50 тыс. евро на реализацию своей идеи.

Компания ориентирована лишь на технарей на всех позициях — от менеджеров по продажам до руководителей: «Подход к развитию управленческих кадров таков, что у кандидата с базовым техническим образованием формируют набор менеджерских компетенций за счет дополнительного обучения, которое оплачивает компания. Фундаментальное техническое образование — прочная основа для дальнейшего роста внутри компании, не исключающее ни одно из его направлений. В то время как попытки научить менеджера по первой специальности основам фундаментальной науки не дают ожидаемого результата. По истечении трех-пяти лет работы в департаменте сотрудник, ведущий научно-исследовательскую деятельность, должен определиться с дальнейшим направлением развития карьеры: менеджер или эксперт. А если говорить об уровне заработной платы, то вопреки стереотипам эти цифры сопоставимы», — рассказывает Анна Коротченкова, руководитель региональной группы по управлению технологиями и инновациями.