Гул бытия

Книги
Дневники и воспоминания
«Эксперт» №38 (868) 23 сентября 2013
Гул бытия

...должна людская память
утратить
связь вещественную с прошлым,
чтобы
создать из сплетни эпопею
и
в музыку молчанье претворить.

В. Набоков, «Толстой»

В год двойного толстовского юбилея — 185-летие со дня рождения писателя и 135-летие «Анны Карениной» — выходит совсем не парадная книга «Любовь и бунт». Подзаголовок «Дневник 1910 года» неточен: читателю предлагаются не только дневниковые записи Софьи Андреевны Толстой в последний год жизни ее великого мужа, но и записи самого Толстого, его друга и издателя Черткова, врача семьи Толстых, других близких людей. И это бесспорное достоинство книги, позволяющей увидеть трагические события — на 48-м году совместной жизни непонимание между супругами растет, превращаясь в пропасть, и каждый из них испытывает свой «мильон терзаний» — с разных точек зрения.

Первая запись Софьи Андреевны датирована 26 июня — с месяц остается до того дня, когда, по завещанию Толстого, все его произведения будут освобождены от личной собственности. Ни Софья Андреевна, ни сыновья Лев и Андрей решения Льва Николаевича не приняли, атмосфера в доме становится невыносимой, когда «внутренность начинает болеть, и жизни нет, и счастья нет» (С. А.), когда «со всеми тяжело» (Л. Н.). Впрочем, история с завещанием лишь эпизод: роковой причиной разъединения Толстой считает «противуположное понимание смысла и цели жизни».

Масштаб личности Толстого заставляет видеть в «Любви и бунте» отнюдь не только трагедию «несчастливой по-своему» семьи. «Иногда ясно сознаешь, иногда опять впадаешь в заблуждение, что ты движешься со временем» — запись из дневника от 16 сентября подталкивает задуматься о своем собственном движении, времени, ощущении «гула бытия».

Толстая С. Любовь и бунт: Дневник 1910 года. — М.: КоЛибри; Азбука-Аттикус, 2013. — 416 с. + вкл. (32 с.). — (Персона). Тираж 2000 экз.