Пеньки Академа

Наука и технологии
Академия
«Эксперт» №38 (868) 23 сентября 2013
Принятый Думой закон о реформе РАН не выглядит работоспособным. Академики заявляют о переходе к «окопной войне»
Пеньки Академа

Парламентская эпопея с принятием закона о реформе Академии наук, кажется, закончилась. 17 сентября Государственная дума приняла решение отозвать закон о реформе РАН из третьего чтения во второе, чтобы внести в него поправки. И вновь, как и в июле, нарушая все свои регламенты, устроила гонки с их принятием: 17-го закон отозвали во второе чтение, а 18-го его уже приняли во втором и в третьем чтениях.

Чтобы успеть обсудить эти поправки, депутаты, представители правительства и Академии наук заседали в комитете по науке Госдумы 16-го и 17-го чуть не до утра. Скорее всего, спешка была вызвана стремлением поставить академическое сообщество перед свершившимся фактом, чтобы не допустить новых выступлений ученых, которые в июле провели массу митингов во всех более или менее значимых академических центрах России. Была проведена большая конференция, посвященная реформе академии, и Общее собрание академии, на которых собравшиеся осудили как реформу, так и методы ее проведения. А вот 17 и 18 сентября ученые успели провести только «гулянья» перед Государственной думой.

Ровно два года назад в своих комментариях под названием «РАН дождется эффективных менеджеров» к статье нынешнего министра образования и науки Дмитрия Ливанова и известного биолога Михаила Гельфанда, где они изложили основные претензии к Академии наук, мы писали: «С уходом нынешних 70–80-летних авторитетов мы, скорее всего, потеряем РАН, если не де-юре, то де-факто. Может быть, как раз сегодня [академикам] стоит спуститься с академического олимпа и предложить свою “дорожную карту” инновационной России до 2020 года, в которой новое место академии четко прописано. Иначе этим займутся эффективные менеджеры, в разговоре с которыми употребление словосочетаний вроде “научной школы”, “этоса научного сообщества” или, скажем, “красивой теории” только подтвердит их худшие опасения относительно неизбывного стремления яйцеголовых уродовать финансовую гармонию».

С сожалением приходится констатировать, что прогноз оказался верен. Эффективные менеджеры победили. И теперь можно подвести итоги. Попробуем без гнева и пристрастия понять причины, вызвавшие саму реформу, причины столь бурной реакции научного сообщества на нее и оценить ее возможные последствия.

Что ставят в вину академии

Про «вины» РАН реформаторами уже говорено многократно. Но напомним о них еще раз. Традиционно в первую очередь в вину академии ставят ее низкую научную эффективность: денег даем все больше, а результатов нет. Академики столь же традиционно парировали: во-первых, собственно на академию уже несколько лет денег дают не больше, а, с учетом инфляции, скорее меньше. Зато действительно произошел значительный рост финансирования вузовской науки, Сколкова, Курчатника; расчеты же ее эффективности по паритету покупательной способности показали, что по количеству публикаций в 1996–2005 годах на 1 млн долларов затрат РАН на первом месте в мире, а вся российская наука — на 22-м. По числу ссылок на 1 млн долларов затрат РАН находится на 4-м месте в

Что предлагали академики: вариант Фортова

Надо сказать, что хотя и с опозданием, Академия наук сразу после выборов своего президента в мае этого года начала разработку собственной программы реформ, которую планировалось принять на Общем собрании в ноябре. В этой программе президент академии Владимир Фортов предполагал реализовать основные положения своей предвыборной программы, которая, к слову, во многом совпадала с программами двух других кандидатов — Некипелова и Алферова. Среди ее положений можно отметить несколько пунктов:

• разработать стратегию развития страны, основанную на максимальном использовании современных научных и технических достижений;

• развить инновационную инфраструктуру для полноценного вовлечения в хозяйственный оборот результатов научно-технической деятельности;

• создать систему международных институтов в России;

• провести радикальную дебюрократизацию РАН;

• расширять конкурсные начала в финансировании, развивать целевые научные программы РАН и отделений;

• использовать итоги оценки результативности научных институтов для совершенствования структуры академии;

• обеспечить развитие демократических принципов академической жизни путем введения прямых выборов президента, вице-президентов, членов президиума, при их безусловной ротации.

Однако реформаторские планы академиков были прерваны неожиданным вмешательством «высших сил», и теперь неясно, в каком направлении пойдет развитие и самой академии, и ее институтов, которыми будут управлять другие люди.