Сюжетномодифицированный Дюма

Культура
Кино
«Эксперт» №45 (875) 11 ноября 2013
Фильм «Три мушкетера», по словам Сергея Жигунова (это его режиссерский дебют), адресован в первую очередь тем, кто незнаком с текстом романа Александра Дюма
Сюжетномодифицированный Дюма

Произошло то, что рано или поздно должно было произойти: мушкетеры, какими мы все их знали, навсегда остались в прошлом веке. Время, когда Львов второй половины XX века мог преобразиться в Париж середины XVII, ушло безвозвратно. Новому поколению зрителей нужны новые герои «с перьями на шляпах». Георгий Юнгвальд-Хилькевич, сотворивший трехсерийное телевизионное чудо в 1978 году и обретший негласное право на экранизацию всех произведений о мушкетерах, взял финальный режиссерский аккорд пять лет назад, сняв фильм, где все четверо главных героев благополучно отправились на тот свет.

Юнгвальд-Хилькевич и сценаристы, с которыми он работал, не очень церемонились с литературной основой. В конце 1970-х они предельно идеализировали главных героев культового романа, сосредоточив внимание зрителей на их преданности идеалам мужской дружбы и любви к прекрасным дамам, ради которых они могли, не раздумывая, пуститься в самые опасные приключения. Кинематографисты не позволили мушкетерам даже такую маленькую слабость, как наличие слуг. И все это сошло им с рук.

Сергей Жигунов — не последний человек в российском историко-приключенческом кино. У него с Дюма своя история. Телесериалы конца 1990-х по романам «Королева Марго» и «Графиня де Монсоро», где Жигунов выступал в качестве продюсера, — признанные образцы фильмов жанра плаща и шпаги. Работая вместе с Андреем Житковым над сценарием новейших «Трех мушкетеров», он также лишил главных героев слуг и не удержался от того, чтобы дописать несколько сцен, которые должны вызвать у зрителей сильные эмоции. Первый шок столкновения с художественной реальностью происходит в знаменитой сцене тройной дуэли, когда, вместо того чтобы сразу после выяснения очередности поединков переключить свое внимание на гвардейцев кардинала, мушкетеры прознают, что Д’Артаньян — девственник, на этом основании отказываются с ним драться и отправляют гасконца совершить сексуальную инициацию в ближайший публичный дом. Он по ошибке стучится к галантерейщику Бонасье, встречает там Констанцию и принимает ее за проститутку. В этот момент, хотели этого авторы или нет, идеал жертвенной любви из фильма быстро улетучивается и остается только череда поединков с гвардейцами, интриги кардинала, коварство миледи и недоразумение с подвесками — успеет или нет Д’Артаньян его устранить. В случае успеха жена галантерейщика обещала провести с ним ночь. И даже последующие попытки улучшить моральный облик Д’Артаньяна усечением его любовных связей с миледи и ее служанкой Кэтти не помогают. Противоречивые впечатления от происходящего на экране довершают король Людовик XIII (Филипп Янковский), в отличие от слабовольного литературного персонажа наслаждающийся безграничной властью, и герцог Бэкингем, известный в исторической действительности как фаворит и любовник короля Якова I, который в исполнении Николая Лавроненко чрезвычайно мужествен: даже угроза смерти не заставила его отказаться от выдуманного сценаристами свидания с королевой Анной во время осады Ла-Рошели.

В опр