Играть в большинстве

Книги Появление многообразных меньшинств — этап распада традиционного общества и того большинства, которое оно формировало

«Да откуда они все взялись?!» — недоуменно спрашивал себя герой Михаила Ульянова в фильме «Ворошиловский стрелок», столкнувшись с распадом казавшегося монолитным советского общества и неожиданным появлением людей с ценностными установками «дикого капитализма». Подобный вопрос наверняка часто задают себе, причем с похожим эмоциональным настроем, многие современные россияне, столкнувшись с массированным выходом на поверхность общественной жизни различных меньшинств — сексуальных и иных. Автор книги «Восстание меньшинств» российский ученый-социолог Леонид Ионин взялся на этот вопрос ответить. Предмет книги — объяснение, откуда и почему «берутся» меньшинства, и прогноз того, как будет идти дальнейшая эволюция общества, в котором эти меньшинства все более громко заявляют о себе. Работа продолжает цикл исследований современного общества, включающего в себя книги «Социология культуры: путь в новое тысячелетие», «Апдейт консерватизма» и «Политкорректность: дивный новый мир».

Основная логика рассуждений автора следующая. В традиционном обществе индивид был прочно привязан к общественному целому кровными связями, дружескими и соседскими узами, общностью веры, языка и прошлого. Эти связи давали подавляющему большинству людей ощущение укорененности в мире, принадлежности к целому, зачастую подсказывали смысл жизни, но они же весьма существенным образом ограничивали свободу индивида, не только препятствуя реализации многих его желаний, но и подчас даже запрещая само их появление. Подобные отношения характерны для семьи, соседства, рода, этноса или нации. Они не «рациональны» — в том смысле, что не являются предметом рационального выбора, продуктом «холодного разума». При переходе к современному обществу происходит, напротив, всеобщая рационализация, «охлаждение» отношений между людьми, которые все чаще превращаются в отношения рыночного обмена. Одновременно демонтируются механизмы ограничения свободы. Традиционные связи подвергаются рациональной проверке, и очень многие из них ее не выдерживают, ибо трудно дать рациональные ответы, например, на такие вопросы, как «зачем мне ходить в эту церковь?», «зачем мне (продолжать) жить с этой женой?» или «зачем мне оставаться в этой стране?»

Уничтожив традиционную общность, разорвав присущие ей нерациональные связи и таким образом многократно расширив свободу человеческого индивидуума, современный мир столкнулся с неисчезающим спросом человека именно на неформальное единство людей. В мире холодного разума оказалось одиноко и неуютно. Как писал американский социолог Фрэнсис Фукуяма, современные люди стремятся к противоречащим друг другу ценностям. Они испытывают недоверие к любого рода авторитетам, политическим или моральным, которые ограничивают их свободу выбора, но они также хотят чувства сплоченности и тех хороших вещей, которые вытекают из сплоченности: взаимного признания и чувства принадлежности к группе, отсутствие которого порождает кризис идентичности. Реализацией спроса как раз и стал расцвет относительно неб