Напрячься — и получить удовольствие

Тема недели
Экономическая политика
«Эксперт» №18-19 (897) 28 апреля 2014
Редакционная статья
Напрячься — и получить удовольствие

«Бюджетное правило», вокруг которого в правительстве и экспертном сообществе вновь ломаются копья, в житейском смысле есть не что иное, как «уловка алкоголика»: набор нехитрых самоограничений, позволяющих не пропить всю получку к исходу первого же дня. О конкретном дизайне правил накопления и расходования государством рентных доходов от эксплуатации невоспроизводимых ресурсов можно спорить, но сама необходимость наличия финансовых резервов, равно как и проявление известной аккуратности и осмотрительности в расходовании средств что семьи, что компании, а тем более государства, не вызывает сомнений. Как не вызывает сомнений и то, что доведенная до крайности скаредность разрушительна. А раз так, речь может идти лишь о мере резервирования и алгоритмах расходования накопленных средств. Эта мера, в свою очередь, зависит от соотношения приоритетов краткосрочных и долгосрочных задач, стоящих перед экономикой.

Сиюминутная задача — максимизировать заначку на черный день, в который на нас обрушатся все видимые и невидимые санкции проклятых супостатов либо они же умудрятся всерьез и надолго обрушить цены на нефть. Долгосрочная задача — поддерживать резервы и нефтегазовые накопления в суверенных фондах Минфина на уровне минимальной достаточности, остальные же рентные доходы использовать на модернизацию хозяйства, в частности на инвестиции в крупные инфраструктурные проекты.

Аргументы «партии активных финансов» сводятся к двум взаимосвязанным утверждениям. Немодернизированная экономика более подвержена кризисам, и от серьезного внешнего шока ее никакая «подушка безопасности» не спасет. Напротив, модернизируя за счет рентных накоплений инфраструктуру, вы тем самым фактически повышаете устойчивость хозяйства к внешним потрясениям, снижая его потребность в непроизводительных резервах ликвидности.

Сторонников концепции «безопасных финансов» эта аргументация не убеждает, они считают стратегию более активного инвестирования текущих и накопленных нефтегазовых доходов внутри страны чересчур рискованной. О каких рисках идет речь? По частоте упоминания на первом месте стоит коррупционный риск — незамысловатое «все разворуют». Ну и совсем с небольшим отрывом следует риск инфляционный: дескать, это прямой путь к пришпориванию ценовой гонки. Не отрицая наличия обоих рисков, следует тем не менее отметить, что они при должном внимании могут быть минимизированы. На порядок снижает коррупционные притязания пока еще мало освоенный у нас (но никто не запрещает пробовать и учиться) формат инвестиций по модели государственно-частного партнерства. Минимизировать инфляционный риск можно путем усложнения каналов и инструментов финансирования госсредств — например, заменяя прямые бюджетные ассигнования в те или иные проекты покупкой облигаций соответствующих проектных управляющих компаний.

Существует еще и третий, почти не обсуждаемый сегодня класс рисков активизации госинвестиций в инфраструктуру. Речь идет об опасности неверного распределения ресурсов (в просторечии — закапывание ас