Будители

На улице Правды
«Эксперт» №23 (902) 2 июня 2014
Будители

Штандартенфюрер СС Штирлиц сообщил радистке Кэт, что во время родов женщины кричат на своем родном языке, что дает верную возможность опознать их национальность. Что впоследствии и случилось с Кэт, которая была Катей Козловой.

Наблюдения за современной украинской элитой показывают, что хотя они и не рожают (разве что новую нацию, т. е. в фигуральном смысле), но в ситуациях, когда можно из себя не вымучивать ридну мову, она и не вымучивается. Знакомство с публикуемыми прослушками важных лиц украинского политикума не оставляет иллюзий на этот счет. С одной стороны, украинский вариант «Лет ми спик фром май харт», с другой — вольная и богатая родная речь, т. е. русская. Взять хотя бы безукоризненный русский начальственный мат П. А. Порошенко, используемый им в беседах с журналистами киевского «5-го канала»: «Меня, б…, ни одна падла не показала в Донецке. Я раком по баррикадам лазил! Они что, ох…, что ли, б…!»

Если кто не желает читать прослушки, может знакомиться с сообщениями в социальных сетях, исходящими от сторонников украинской независимости и написанными также на чистейшем, несомненно, родном для авторов русском языке. Например, юмор по поводу того, как горели клопы в Одессе. Или взять интервью теперь уже покойного ген.-майора Кульчицкого: «Скажите своему Путину, пусть выстраивает с нами дружеские отношения. А иначе мы будем отравлять вам колодцы. Мы насыплем вам какую-нибудь гадость в водопровод».

Это все к тому, что по критерию радистки Кэт позиции русского языка на Украине чрезвычайно сильны, что, впрочем, совершенно не мешает на нем, родном, порождать речи, исполненные пекельной ненависти к России и русским. Это никакая не новость, Солженицын в «Архипелаге» писал про 1943 год: «Что русские против нас вправду есть и что они бьются круче всяких эсэсовцев, мы отведали вскоре». Спустя семьдесят лет пришло время и нам отведать.

Впрочем, отведывали и раньше. Социальная группа, которую прежде называли прогрессивной общественностью, а ныне именуют емким эвфемизмом «друзья Маши Гессен», уже довольно давно произносит адресованные России речи ненависти на русском языке и прямо из Москвы, отчего же нельзя делать это также из Киева и Днепропетровска? Тем более что конгениальность этих московских и киевских речей делается все более очевидной.

Всякий конфликт, исполненный ненависти и насилия, прискорбен, но сугубо прискорбен конфликт братоубийственный. Когда сыновья одного отца, проходя через стадию взаимных проклятий, кончают прямым убийством. Рассуждения типа «никогда мы не будем братьями», равно как и насмешки над самой лексикой, так широко использовавшейся в советском агитпропе («братские народы»), делу никак не помогают, ибо можно сколь угодно отвергать братские отношения или же не считать, что есть какая-либо разница в резне между близкородственными народами и народами, весьма друг другу по языку, вере etc. далекими. Можно, конечно, но это не отменяет того факта, что если уже общность по отцу не сработала и дело дошло до прямого братоубийства, то ко