Москва, 26.09.2016

О гаагских миллиардах

Разное
  1. Санкции не вечны
  2. Планы есть, будут ли деньги?
    Агропромышленные компании срочно реанимируют свои инвестиционные портфели — власти заявили о готовности помочь отечественному агропрому. Успех модернизации отрасли во многом будет зависеть от условий финансирования инвестпроектов, которые будут предъявлены
  3. Кто решит несложное уравнение?


Статья доступна только подписчикам журнала

Купив подписку на ONLINE-версию журнала, вы получите доступ ко всем архивным материалам журнала «Эксперт»
240 месяц
Подпишитесь, чтобы иметь полный доступ к материалам журнала «Эксперт»
Expert.ru Доступ к закрытым материалам на сайте Expert.ru
Журнал + Expert.ru Доступ к закрытым материалам на сайте Expert.ru + доставка печатной версии
Журнал «Эксперт» Доставка печатной версии журнала
Уже оформили подписку? Авторизируйтесь
* Без регистрации вы сможете читать статью только на том устройстве, и в том браузере,
с которого была произведена оплата. Чтобы иметь доступ с любого устройства создайте аккаунт

Россия в последний момент подала апелляцию на решение Международного третейского арбитража в Гааге о выплате пятидесяти миллиардов долларов экс-акционерам ЮКОСа. Ни это событие, ни само оспариваемое решение не вызвали особого шума. Всех интересует только одно: придётся платить эти безумные деньги или не придётся. А поскольку большинство экспертов уверяют, что платить Россия всё равно не намерена ничего — ну, или почти ничего, — то и этот интерес невелик. Между тем в этой истории есть как минимум ещё интригующая загадка — и важнейшая проблема. Загадка: кто завёл нас в эту лужу, согласившись участвовать в необязательной игре на чужом поле? Проблема: как теперь выкручиваться? Ведь это сказать легко, что не будет Россия платить; а как не заплатишь, если у оппонента на руках решение признанного тобой суда?

Загадка усугубляется давностью: согласие участвовать в третейском суде Россия дала девять лет назад, осенью 2005 года — теперь не вдруг и вспомнишь, кто тогда какие посты занимал. Понятно, что решение принималось на достаточно высоком, вполне уже политическом уровне; понятно, что решение кто-то готовил, — непонятно, чем готовившие и принимавший это решение руководствовались. Мало того, что отказ от участия в этом деле не грозил России ничем, вообще ничем, — но ведь и согласие не сулило решительно никаких выгод, зато несло в себе риски, размер которых мы теперь вполне ощутили. Так зачем же? Вариантов ответа не много. Возможно, это просто недомыслие: эйфория от собственной крутости, открытости, взаимного признания и единения со всем миром; уверенность в своей правоте, твёрдое упование на белый и пушистый заграничный суд — и прочий детский сад. Косвенно в пользу такой трактовки говорит и назначение «нашим судьёй» американца, и странная вялость ответчика уже в ходе самого процесса; судьи в своём решении неоднократно констатируют: «Ответчик не вызвал свидетелей, которые могли бы опровергнуть или ослабить показания свидетеля истца» (цитирую по РИА «Новости»). Возможен и другой простой вариант — обогащение конкретного чиновника средней руки, готовившего бумаги. Возможна и суперпозиция недомыслия с продажностью: какие-то молодцы, опять-таки среднего уровня, понадеялись использовать согласие на Гаагу как козырь в тогда ещё не завершённой борьбе за остатки ЮКОСа. Кто знает разгадку, помалкивают, а остальным, боюсь, уже и не узнать. Что за ход процесса до последнего времени отвечал Минфин — известно, а больше — ни-ни. А жаль. По нынешним законам субсидиарной ответственности неизвестным героям не привесить, но хоть в глаза бы посмотрели.

Надежда на пушистость заграничного суда, если и была, не оправдалась. И размер итоговой суммы (половина суммы иска — обычно в такого рода делах не дают больше четверти), и полное отвержение судом всех аргументов российской стороны (притом что на параллельно шедшем процессе в Страсбурге такие же аргументы суд принял) вызывают в беспристрастности арбитража известные сомнения. А ведь позиция истцов небезупречна и по сути: ЮКОС не