Мюзиклы высоких технологий

Культура / Мюзиклы Анимация, покорившая киноиндустрию, активно вторгается туда, где ее ждут меньше всего, — на театральные площадки
БЕДУШ & МАРЕННИКОВА

Люди любят нарисованных персонажей и нарисованную реальность труднообъяснимой любовью. После того как анимационные фильмы и фильмы со значительной долей анимации, в том числе такие, как «Аватар», стали собирать какие-то прежде немыслимые сборы, поиски ответа на вопрос «почему?» потеряли смысл. Больше не требовалось доказательств, что использование технологий, ранее применявшихся в очень узком сегменте киноиндустрии, приносит деньги. Стало очевидным, что нарисованная реальность как минимум позволяет разнообразить существующую.

Золушка на новый лад

Создатели мюзикла «Всё о Золушке» (Московский театр мюзикла) пошли сразу в двух направлениях. Вместо привычного задника на сцене установлен светодиодный экран. Сама сцена превращена в П-образную арочную конструкцию, полностью покрытую белой матовой краской. Пять проекторов направляют на нее, а также на актеров мультимедийные изображения, тем самым создавая игровое пространство. Технология так называемого мэппинга позволила сделать проекции объемными. При этом инженерам пришлось искать такие точки для установки оборудования, чтобы в ходе представления не возникало теней от перемещающихся по сцене актеров.

 

Результат — эффекты, которые смог себе позволить режиссер-постановщик Олег Глушков, например проекция пламени на костюм героя в момент наивысших эмоциональных переживаний. Зрителю, который не может разглядеть лицо актера и должен понять, печалится он или радуется, лишь по тому, что и с какой интонацией тот говорит или поет, поступает дополнительный сигнал, что персонаж находится в состоянии глубокого горя, которое словно бы сжигает его изнутри. Облик персонажей «Золушки» придуман так, чтобы в них не осталось почти ничего человеческого. У каждого своя противоестественно яркая цветовая гамма: у Золушки — светло-голубое платье и длинные рыжие, почти золотые, волосы, у Мачехи — кроваво-красный костюм, у Короля и Феи, пребывающих по сюжету в тоске и отчаянии из-за разлуки друг с другом, — белые одеяния, которые могут подсвечиваться в зависимости от эмоциональной окраски той или иной сцены.

Эстетика либретто, над которым работали Дмитрий Быков и Сергей Плотов, также выдержана в «мультипликационных» тонах. Хорошо знакомый сюжет намерено переиначен. Авторы решили во что бы ни стало поразить зрителя неожиданными драматургическими ходами, одновременно собрав в единое сюжетное пространство максимум мотивов, хорошо знакомых по голливудским анимационным фильмам. Золушка перестала быть просто Золушкой, вызывая отчетливые ассоциации с Златовлаской и Белоснежкой. В один прекрасный момент ей тоже суждено проснуться от поцелуя прекрасного принца, который в соответствии с эстетикой сказочного повествования скрывает королевское происхождение и выдает себя за дровосека. Фея когда-то была влюблена в Короля, была им отвергнута — и решает по этому поводу устроить теракт во время бала. В заключение все действующие лица, обыгрывая классическую финальную фразу сказок «жили они счастливо и умерли в один день», рассказывают о том,