Уютные руины ялтинской системы

Тема недели
МИРОПОРЯДОК
«Эксперт» №7 (933) 9 февраля 2015
Несмотря на почтенный семидесятилетний возраст, основанный на Ялтинских соглашениях миропорядок продолжает функционировать даже в условиях нарастающей геополитической турбулентности. Более того, избежать наихудших сценариев развития мирового кризиса можно, лишь опираясь на заложенный в этих соглашениях потенциал развития многополярности
Уютные руины ялтинской системы

Символические похороны ялтинской системы проходили уже не раз. Так было и после падения Берлинской стены, и после распада СССР, и после западной агрессии против Югославии, и после вступления прибалтийских стран в НАТО. Вот и украинский кризис стал очередным отличным поводом для сетований по поводу окончательного краха миропорядка, опирающегося на Ялтинские соглашения. Тем более что и повод подходящий — семидесятилетие Ялтинской конференции.

Между тем украинский кризис далеко не первый подобного масштаба в истории ялтинской системы. Разве, например, Корейская война, начавшаяся с миротворческого мандата для американцев от Совета Безопасности ООН и в итоге ставшая первым опосредованным столкновением СССР и США, или Карибский кризис, поставивший мир на грань полномасштабной ядерной войны, были менее острыми, чем нынешний кризис вокруг Украины? Или разве американское вторжение во Вьетнам и советское в Афганистан не стали для ялтинской системы менее серьезным испытанием на зрелость? И разве, наконец, падение Берлинской стены или расчленение Югославии не могут с большим основанием претендовать на звание события, положившего конец «Ялте», — если уж нам в самом деле хочется зафиксировать ее распад? Впрочем, даже в этом случае придется признать, что существование до сих пор ООН и, в частности, Совета Безопасности ООН с эксклюзивными полномочиями его постоянных членов, однозначно указывает: несмотря на все вызовы и кризисы, заложенный в Ялте миропорядок продолжает существовать.

При этом, конечно, ялтинская система испытывает нарастающее давление со стороны тех сил на Западе, прежде всего в США, которые не заинтересованы в сохранении заложенных в ней механизмов развития многополярности, но хотели бы создать более жесткий, однополярный мир. Собственно, эта коллизия — американские претензии на абсолютную мировую гегемонию против буквы и духа ялтинской системы — прослеживалась на протяжении всей холодной войны (резкое неприятие «Ялты» стало очевидным сразу после смерти Франклина Рузвельта), да и после ее окончания.

Таким образом, ялтинская система демонстрирует удивительную устойчивость и по продолжительности существования уже приближается к результату своего предшественника — системы, заложенной на Венском конгрессе в 1814– 1815 годах и просуществовавшей вплоть до начала Первой мировой войны. При этом нынешний кризис ялтинской системы структурно связан не столько с ней самой, сколько с кризисом двух элементов, которые были внедрены в мировой порядок позже, а именно с кризисом Хельсинкских соглашений и Вашингтонского консенсуса.

«Хельсинки» против «Ялты»

В исторической ретроспективе становится видно, что ничто, ни один кризис и ни одна война, так не подорвало ялтинскую систему, как донельзя благообразные Хельсинкские соглашения. Традиционно подписание хельсинкского Заключительного акта в 1975 году подается через призму отношений Запада и СССР, через призму «признания» Западом советского блока — в обмен на обещание гуманизации советского режима. В действительн