О форме и содержании

Разное
«Эксперт» №23 (947) 1 июня 2015
О форме и содержании

Автор законопроекта говорит: «Сейчас по запросу “наркотики” поисковики дают ссылки более чем на пять тысяч русскоязычных сайтов, из которых менее 1% являются антинаркотическими. Остальные в той или иной форме ведут пропаганду наркотиков и наркотического образа жизни». Поэтому надо под страхом тюрьмы запретить публикацию изображения наркотиков и наркосодержащих растений и даже упоминание их названий; рассказывать гражданам о медицинском использовании наркотиков должно стать уголовным преступлением. Автору законопроекта говорят: «В России обезболивание без уколов получают лишь 9% нуждающихся. С уколами — 25%, хотя это давно устаревшая практика. Страна сильно необезболена, а если закон будет принят в таком виде, ситуация станет катастрофической». Врачи и сейчас боятся любых разговоров о наркотических и психотропных обезболивающих препаратах, а уж когда за такими разговорами замаячит уголовка… Автор проекта говорит: «Наш проект не касается взаимоотношений врача и пациента! Только пропаганда наркотиков в интернете». Автору проекта говорят: а как, например, создавать тематический сайт для онкобольных с советами по обезболиванию? Не сядешь ли ненароком за профессиональный рассказ “о медицинском использовании”»?

Диалог, согласитесь, образцовый: будто из разных галактик беседуют. И ведь в данном случае беседа не была совсем безрезультатной: какие-то поправки в проект будут внесены, и он станет менее вредным для людей, пытающихся решать страшную и очень запущенную проблему обезболивания. Но вредным для них — и для реальности, в которой они живут, — он останется, ибо ориентирован на совсем другую реальность. Ту, в которой живёт автор законопроекта. Вы подумайте: пять тысяч сайтов, где наркотики упоминаются в недостаточно свирепом контексте, — ужас какой… А что, спросят меня сторонники проекта (то есть, в частности, большинство депутатов Думы), с ними не надо разобраться? Не знаю. Я не уверен, что всякое упоминание того же героина, не сопровождённое шлейфом ритуальных проклятий, есть пропаганда наркотиков: многие и так уже помнят, что наркотики — зло. Я сомневаюсь, что два года тюрьмы — адекватное наказание за фотографию листика, да хоть и целого куста конопли. Зато я твёрдо знаю, что рецепты приготовления дезоморфина — он же наркотик «крокодил», от которого гниют заживо и сходят в могилу за год, — кишат в сети до сих пор, хотя были незаконны и прежде обсуждаемого проекта, а рынок «крокодила» в России, по утверждению ФСКН, искоренён ещё в прошлом году. Это я к тому, что реальная жизнь, её отражения в интернете и в нормативной документации суть, вообще говоря, три заметно различающиеся вещи.

Тут по поводу столетия революции, подготовка к которому уже объявлена, вновь оживилась нескончаемая дискуссия о том, как должно относиться к советской эпохе. В какой-то статье я прочёл, что в советской жизни было много хорошего, но слишком часто форме отдавалось больше сил, чем содержанию. Замечание, по-моему, и верное, и неверное. Да, ситуация «Обозначено в меню, А в нат