Наращиваем экспорт

Повестка дня
«Эксперт» №29 (952) 13 июля 2015
Введение с 1 июля этого года экспортной пошлины на пшеницу привело к коллапсу на таможне и прекращению отгрузок на экспорт — Федеральная таможенная служба никак не может определиться с ценой, из которой нужно исходить при расчете таможенного сбора
Наращиваем экспорт

Согласно принятому правительством решению, экспортная пошлина взимается в размере половины от контрактной цены за тонну пшеницы минус 5,5 тыс. рублей, но не менее 50 рублей за тонну. То есть при стоимости тонны пшеницы 11 тыс. рублей и менее экспортеры должны заплатить минимальный сбор в размере 50 рублей за тонну (заметим, что даже в этом случае при объеме экспорта 20 млн тонн в год из отрасли изымается 20 млн долларов).

Экспортный зерновой рынок отличается большой волатильностью цен — значительные ценовые колебания могут происходить в течение нескольких дней, не говоря уже о таких временных горизонтах, как полгода или год. Сегодняшний уровень закупочных цен на рынке сложился как раз на уровне 11 тыс. рублей, или 200 долларов за тонну, что и указывается в экспортных контрактах. Однако оказалось, что цены, при которых взимается минимальный экспортный сбор, не устраивают ФТС. Там считают, что вправе их скорректировать в том случае, если они, на взгляд таможенников, недостоверны — невзирая на имеющиеся международные договоры между покупателями и продавцами, подкрепленные банковскими гарантиями и страховками. По словам экспортеров, таможня ориентируется на собственную статистику цен, например за последние полгода. Поэтому экспортерам предлагается сегодня уплатить пошлину исходя из контрактной цены 230–250 долларов за тонну. Если же экспортер не согласен с предлагаемыми таможней начислениями, то он должен доказать обоснованность указанной в контракте цены, причем ФТС может изучать «доказательства» в течение 30 дней. Соответственно, компании несут убытки из-за простоя пароходов в порту и невыполнения контрактов. Если экспортер хочет избежать убытков, у него есть возможность выполнить контракт, положив предписанный таможней сбор на депозит, который потом, после многомесячных разбирательств, можно вернуть обратно (этим путем вынуждены сегодня идти многие экспортеры, чтобы избежать неустоек за невыполненные контракты). Причем не исключены судебные разбирательства с таможенным ведомством, которые могут затянуться на несколько месяцев, и в течение этого времени деньги будут заблокированы.

Подобного рода поведение ФТС стало неожиданностью для участников аграрного рынка и неприятным дополнением к основным опасениям экспортеров, связанным с курсом рубля и скачками цен на мировом рынке. Как известно, зерновой рынок живет по фьючерсным контрактам: экспортные договоры на поставку пшеницы заключаются в долларах за несколько месяцев до ее отгрузки в порту — за это время пшеницу нужно закупить, зафрахтовать корабли, довезти пшеницу до порта и т. д. Установленную рублевую пошлину власти решили рассчитывать исходя не из курса рубля к доллару на момент заключения контракта, а исходя из курса доллара и уровня цен на основе «таможенной статистики», сложившейся на день отгрузки. То есть компании вообще не могут оценить риски, прогнозировать и планировать свой бизнес.

Можно предположить, что подобного рода «регулирование» — некий завуалированный способ повлиять на экспорт