Ближневосточный арбитр

Тема недели
«Эксперт» №44 (963) 26 октября 2015
На Ближнем Востоке разворачивается новая Большая игра. США, Турция, Иран, Саудовская Аравия, Россия, Европа, Китай и даже маленький, но влиятельный Катар не просто делят важнейший регион, находящийся в центре современного мира, — они пытаются переформатировать его под себя

Спикер иранского парламента Али Лариджани, выступая на Валдайском форуме, был абсолютно прав, позиционируя нынешний Ближний Восток как регион с обнуленными правилами игры. Это своего рода Дикий Запад, представляющий огромные возможности для удачливых и успешных. Тот, кто окажется удачливым или успешным, будет контролировать арабский мир, основные международные торговые пути, крупнейшие запасы углеводоров и, более того, векторы дальнейшего воплощения политического ислама.

Отправив авиацию в Сирию, Россия стала последней из великих держав, которая активно вступила в эту Игру. Полностью ли Москва готова к участию в ней? Конечно же нет. Москва вступает в Игру, обремененная экономическим кризисом, неэффективной информационной политикой, особенно телевизионной (ситуация стала постепенно выправляться, но тем не менее крайне медленными темпами и в основном за счет ошибок конкурентов) и недостаточной свободой маневра из-за существующих фобий и мифов. Например, Соединенные Штаты в глазах российской публики и, что самое важное, подавляющей части медийно активных политологов, являются врагом, с которым нельзя сотрудничать. Тем более публично. Такой подход серьезно ограничивает возможности Кремля в регионе, например в сирийском или египетском вопросах. Аналогичный подход к Израилю: российское общественное мнение четко стоит на стороне палестинцев, забывая о том, что наиболее пассионарная и антипалестинская часть израильского общества (поселенцы с Западного Берега) по сути выходцы из Советского Союза, а также то, что Израиль является мировым форпостом в деле борьбы с терроризмом и потенциальным союзником России в этой миссии.

С другой стороны, Иран в российском публичном дискурсе четко воспринимается как абсолютный российский союзник, чуть ли не братское государство. Если его воспринимать именно так и блокироваться с «дружественным» Ираном в региональных делах, то Россия не только лишится возможности выстраивать конструктивные отношения с региональными противниками Ирана (Турцией и Саудовской Аравией). Москва рискует в какой-то момент остаться вообще ни с чем — ибо Иран, как абсолютно прагматичная держава, параллельно заявлениям о российско-иранском братстве выстраивает отношения с Западом и Китаем. И в какой-то момент Россия ему станет просто не нужна, и ее интересы уважать смысла больше не будет.

Однако является ли это достаточным основанием для того, чтобы не ввязываться в ближневосточную партию? Конечно же нет. Тот, кто останется в стороне от Игры, проиграет. Если Москва воздержится, то она не просто останется региональной державой, как ее когда-то назвал Обама — Ближний Восток будет переформатирован без ее участия и без учета ее интересов. В результате Россия рискует как минимум потерять Среднюю Азию и Южный Кавказ (если Игру выиграют турки или иранцы), а как максимум — получить всплеск исламского радикализма на своей территории (если Ближний Восток окажется под полным контролем ваххабитской Саудовской Аравии и ее региональных сателлитов).

Россия вступает