Почтальон принес носки

Русский бизнес
ОДЕЖНАЯ РОЗНИЦА
«Эксперт» №49 (967) 30 ноября 2015
Розничные одежные компании пытаются нивелировать последствия девальвации и резкого снижения потребительского спроса — за счет оптимизации сети магазинов, создания эффективного ассортимента и развития интернет-торговли
Почтальон принес носки

Если раньше вы были недовольны тем, что доля вискозы значительно превосходит долю хлопка в изделии, то сегодня будете страшно рады найти вещь из вискозы в огромной массе синтетики и полиэстера, которыми переполнены одежные магазины. Новое «лицо» нашей одежной розницы среднего и массового сегмента — результат кардинального изменения конъюнктуры одежного рынка за последние два года.

Одежная индустрия — одна из главных потерпевших от кризиса отраслей на потребительском рынке: по итогам года траты россиян на одежду сократятся, по разным оценкам, на 30–50%. «Одежда не предмет первой необходимости, она находится на втором месте в списке покупок, от которых потребители отказываются при сокращении доходов. На первом месте — отдых и развлечения», — считает Анна Лебсак-Клейманс, генеральный директор компании Fashion Consulting Group. Сокращение всего объема рынка в долларовом выражении специалисты компании оценивают в 36%, в то время как в рублях он снизится незначительно. В своих антикризисных стратегиях одежные розничные сети разделились на два лагеря: одни считают, что кризис — время наращивать присутствие на рынке и привлекать качественный персонал (в основном эта стратегия по силам международным компаниям, таким как H&M, Inditex, Mango), другие оптимизируют число магазинов, сокращают издержки, замораживают инвестиции. По этому пути пошло большинство отечественных одежных компаний.

Теперь без расширений

Поскольку одежный рынок практически на 100% зависит от импорта (в основном у нас присутствует либо импортный товар, либо произведенный на аутсорсинге в других странах по заказу наших розничных компаний, то есть тоже с высокой долей валютной составляющей в себестоимости изделий), резкое удешевление рубля в конце прошлого года автоматически привело к росту себестоимости производства одежды и, как следствие, к росту цен в рознице. По данным Fashion Consulting Group, цены в розничных одежных сетях выросли в среднем на 30–40% (по некоторым категориям рост составил 70–100%). Казалось бы, в более выигрышной ситуации должны были оказаться российские розничные компании (такие как Incity, O’stin, Befree и др.), поскольку в их структуре затрат есть и рублевая составляющая, однако на стороне чистых импортеров — Н&M, Mango, Zara, Gap и др. — есть другие преимущества. Эти компании продают свою продукцию по всему миру, российский рынок в их структуре продаж занимает максимум 1–2%, поэтому потери на нашем рынке не особенно сказываются на их бизнесе — убытки компенсируются продажами в других странах. Поэтому неудивительно, что когда начался рост цен, именно международные бренды стали повышать цены в последнюю очередь. Тогда как российские компании, чтобы не уйти в убытки, сразу вынуждены были переписывать ценники.

Количество покупок в магазинах сразу резко снизилось — например, вместо трех вещей покупатель стал брать одну. В первую очередь, по словам Анны Лебсак-Клейманс, пострадал так называемый, расширительный ассортимент. То есть двое-трое джинсов или рубашек