Громкоголосая птица юности

Культура
ТЕАТР
«Эксперт» №17-18 (985) 25 апреля 2016
На малой сцене МХТ поставлен спектакль «Бунтари». В нем режиссер Александр Молочников анализирует историю русского протестного движения. Его выводы неутешительны
Громкоголосая птица юности

Александр Молочников, которого в качестве актера мы все нежно любим за создание трогательного образа кролика Эдварда в спектакле по книге Кейт ДиКамилло, в качестве режиссера продолжает бескомпромиссные исторические штудии. В его режиссерском дебюте «19.14» речь шла о Первой мировой войне, о том, как вчерашние европейские обыватели превращаются в убийц, и о невозможности одновременно вернуться и с фронта, и к себе прежнему. В том спектакле Молочников заявил о приверженности формату условного театра и действию, максимально насыщенному живой музыкой. В «Бунтарях» он, не изменяя однажды избранному формату театрального действия, нырнул в глубины отечественной истории. На это раз режиссер задался вопросом о подоплеке тех целей, которые движут людьми, вставшими на путь противостояния государственной власти. И в поиске ответов выбрал самый сложный путь. Вместо того чтобы подобрать подходящую старинную пьесу и на ее основе сделать авторское высказывание с выразительными аллюзиями на современность, Александр Молочников с помощью Михаила Идова и Александра Архипова сотворил текстовый коллаж, в котором начал с иронии над народовольцами и от них проследовал к декабристам.

Образы революционеров и идеологов революционного движения выстраиваются Молочниковым по формуле, выведенной в начале прошлого века поэтом Сашей Черным: «Жил на свете анархист, красил бороду и щеки <…> Ел за двух, носил перчатки — cловом, делал то, что все». Вся бешеная энергия «Бунтарей» направлена на разрушение «светлого» образа революционеров, который хотя и стал переосмысляться во второй половине восьмидесятых годов прошлого века, но так и остался размытым — финальной точки в этом переосмыслении поставлено не было. В монологах «Бунтарей» всплывает достаточно определений, которые устраняют подвисшую в воздухе неоднозначность: «Иезуиты были очень умные и ловкие люди. Нам бы их правила взять, да и по ним действовать». Цитируется «Катехизис революционера»: «Он презирает общественное мнение. Он презирает и ненавидит во всех ее побуждениях и проявлениях нынешнюю общественную нравственность. Нравственно для него все, что способствует торжеству революции. Безнравственно и преступно все, что мешает ему». Автор «Катехизиса» Нечаев — сквозной герой «Бунтарей», олицетворяющий собой революционное движение.

Музыка помогает Молочникову перебрасывать смысловые мосты в современность — здесь носителями революционных идей выступают рок-музыканты, образы которых всплывают в видеозаписях, в том числе программы «Музыкальный ринг», проецируемых на задник сцены. Идеологически они синхронизируются с тезисом удаленности революционеров от народа. «Я устал быть послом рок-н-ролла в неритмичной стране», — произносит один из «бунтарей», внешне ассоциируемый с Михаилом Бакуниным. Но самый болезненный момент с точки зрения устоявшихся исторических стереотипов связан с частью «Бунтарей», посвященной декабристам. Молочников выводит на задник фрагмент видеозаписи лекции Юрия Лотмана, где тот характеризует декабристо