Когда дома делать нечего

Специальный доклад / СДЕЛАНО В РОССИИ Модернизация активов, проведенная в период высоких цен на нефть, позволяет расширять сегодня присутствие на внешних рынках за счет абсолютно конкурентных цен и высокой производительности труда
ОЛЕГ СЕРДЕЧНИКОВ

В марте компания президент компании «Технониколь» Сергей Колесников завершил сделку по покупке завода по производству рулонно-битумных материалов в Германии. Сумма сделки 7.5 млн евро. Это уже вторая европейская покупка г-на Колесникова за прошедший год. Осенью они приобрел завод по производству стекловаты в Англии. Есть в контуре также и итальянское предприятие. Все европейские компании будут действовать в едином контуре «Технониколя», расширяя клиентскую базу в Европе, как для новых европейских приобретений, так и для российских заводов.

Сегодня компания уже рассматривает еще несколько предложений по покупке европейских заводов по производству монтажных пен, а к 2025 году собирается выйти в топ-5 крупнейших в своем сегменте компаний в Европе.  Сергей Колесников – опытнейший биатлонист, всегда сравнивает бизнес со спортом: «Если ты хорошо не потренировался дома, на международных соревнованиях делать нечего».

— Я вчера выступал перед будущими «национальными чемпионами» на семинаре, организованном Минпромторгом. Должен был говорить об экспорте. Но основная часть вопросов была не о том, как выходить на экспорт, а о том, как добиться высокой эффективности.

— А вы Майкла Портера не читали? Он доказывал, что активный экспорт доступен только тогда, когда компании и отрасли хорошо развиты внутри страны. У этого есть масса причин.

Согласен. Если бы у меня не было внутренней уверенности и внутренней школы, я бы пасовал перед тем, с чем мы сталкивались за рубежом. Даже Toyota, начав бизнес в 1933 году, а после войны фактически пережив второе рождение, только в 1970-е годы начала экспортировать. Тридцать лет они были поглощены национальным рынком. И только когда научились делать качественные дешевые машины, предприняли очень активную экспансию. Мы тоже двадцать лет занимались только внутренним рынком, а активным экспортом начали заниматься пять лет назад.

— Вы активно пошли на внешний рынок, потому что встал внутренний?

— Да, наш рынок упал на 25 процентов. Восстанавливаться он будет как минимум лет пять, а то и семь. А у нас избыток производственных мощностей. Поэтому мы сейчас развиваемся в Англии, в Германии. Цены на нашу продукцию в валюте самые низкие по отношению к любым — китайским, европейским, американским. Как сказал представитель Knauf на конференции в Европе, самая низкая цена в Америке выше, чем самая высокая в России. Даже по самому недорогому товару — стекловате.

— Из-за зарплаты?

— Не только. Так рынок сложился. Когда был сильный рубль, мы завезли очень много технологий и успели провести модернизацию. Модернизация такая, что наши конкуренты завидуют. Мы и морально, и физически имеем оборудование, которому в среднем семь-восемь лет, а самому старому — двенадцать. То есть мы работаем на последнем поколении оборудования. К тому у нас молодые сотрудники, тридцать пять — сорок лет, очень хорошо обучены. И, соответственно, мы конкурируем на очень низких затратах. Я думаю, что ситуация низких цен будет лет пять, пока баланс спроса и предложения в

На восточных рынках, там, где мы понимаем, что не можем конкурировать по ценам, «Технониколь» позиционирует себя как производителя качественного, дорогого продукта.

Выручка российских заводов и продажи в России. Продажи за пределы России
% экспорта от производства в России