Легко ли быть молодым художником

Культура / ИСКУССТВО Путь современных русских художников к звездам пролегает через тернии, которых как всегда слишком много
МИХАИЛ ГРЕБЕНЩИКОВ

В центре современного искусства «Винзавод» проходит выставка «Карамель». На ней представлены объекты, которые художник Иван Хрящиков выполнил из кондитерской карамели. Он принадлежит к числу начинающих авторов, получивших поддержку проекта «Старт» ЦСИ «Винзавод». Всего таких выставок в рамках проекта, действующего с 2008 года, прошло уже более пятидесяти. Для куратора проекта Кирилла Преображенского «Карамель» — заключительная выставка, после которой его место займет искусствовед, куратор и преподаватель Вера Трахтенберг. Кирилл Преображенский — художник, куратор, преподаватель Британской высшей школы дизайна, руководитель мастерской «Видеоарт» и преподаватель курса «История и практика видеоарта» Московской школы фотографии и мультимедиа им. А. Родченко. «Эксперт» поговорил с ним о том, на что может рассчитывать еще только начинающий свой творческий путь художник и с какими трудностями ему придется столкнуться.

— Откуда берутся молодые художники?

— Они выходят из специализированных вузов, являющихся в той или иной мере наследниками советской системы образования, где понятия «художник» и «искусство» имели совсем другие значения. Тогда государство использовало искусство в целях монументальной пропаганды: оно было призвано демонстрировать преимущества определенного социального мироустройства. Так было до 1991 года. Но и после эта система никуда не делась: ни союзы художников, ни академии художеств, ни все эти бесконечные факультеты в профильных вузах. Факультеты монументальной живописи существовали в Советском Союзе в каком-то невероятном количестве, потому что всю окружающую реальность нужно было оформлять: делать фрески в рабочих столовых, во дворцах пионеров, заполнять изображениями вестибюли и станции метро. Существует ли сейчас в обществе запрос именно на такой вид оформления? Скорее нет. Это связано с тем, что нет идеологии, на ее месте какой-то вакуум. Ситуаций, когда это все-таки применимо, например при реставрации церквей, росписи домов богатых людей, тоже не так много. Тысячи монументальных живописцев, которых ежегодно выпускают в России, — это слишком много для такой ниши. Система обучения остается прежней, преподаватели те же, и они не уйдут никогда. В результате человек поступает в училище в пятнадцать лет и сталкивается с системой образования, созданной в первой половине 1930-х годов, когда формировался социалистический реализм. Дело даже не в том, хорошо это или плохо, а в том, что социалистический реализм как стиль не соответствует духу времени. Человек тратит на художественное образование по меньшей мере десять лет своей жизни: художественная школа, потом училище, затем академический вуз, а в конце концов перед ним встает вопрос: «Что я с этим буду делать? Кому это нужно?» Конкуренция за росписи очень велика. В эту сферу пробиваются единицы. В обществе, как ни странно, исчезло понимание статуса художника. Кто это такие? Это те, кто надевает балаклавы, врывается в храм и играет на гитаре, или те, кто прибивает яйца к брусчатке на Кра