Большевики как прагматические идеалисты

Общество
ИСТОРИЯ
«Эксперт» №18-19 (1028) 1 мая 2017
Известный российский социолог и левый публицист Борис Кагарлицкий считает, что большевики по самой своей идеологии лучше всего подходили для решения задач, которые встали перед страной в 1917 году, и именно поэтому победили
Большевики как прагматические идеалисты

Сто лет назад, 3 (16) апреля, на митинге у Финляндского вокзала по случаю своего возвращения из-за границы Ленин провозгласил: «Заря всемирной социалистической революции уже занялась… Не нынче-завтра, каждый день может разразиться крах всего европейского империализма. Русская революция, совершенная вами, положила ему начало и открыла новую эпоху. Да здравствует всемирная социалистическая революция!» Многие и сейчас усматривают в этом призыве готовность вождя принести Россию в жертву утопии мировой революции.

А 7 (20) апреля 1917 года в газете «Правда» были опубликованы «Апрельские тезисы», которые вождь предложил большевикам как программу действий для перехода к новому этапу революции, который, по его мнению, должен был «дать власть в руки пролетариата и беднейших слоев крестьянства». Основные положения этих тезисов заключались в требовании немедленного окончания войны демократическим, не насильническим миром, которое невозможно «без свержения капитала», и в переходе власти в руки Советов, что сделает возможным «устранение полиции, армии, чиновничества» и переход к всеобщему вооружению народа.

И хотя в тезисах не содержалось ранее выдвинутых Лениным известных лозунгов «о поражении своего правительства в империалистской войне» и «превращении империалистской войны в гражданскую», его оппоненты обнаружили их в требовании немедленного окончания войны. И в лозунге Ленина о всемирной социалистической революции, и в «Апрельских тезисах» не только противники большевиков, но и многие соратники вождя увидели странный утопизм. Чтобы отстоять свою позицию в партии, Ленину пришлось приложить немало сил. Но через полгода партия большевиков, принявшая, хотя и не без внутренней борьбы, эти тезисы на вооружение, взяла власть в свои руки и принялась их реализовывать. Хотя и не во всем это удалось.

Мы решили начать беседу, проводимую в рамках наших революционных чтений, с известным российским социологом, автором нескольких монографий, посвященных марксистскому анализу современного состояния России и мира, директором Института глобализации и социальных движений Борисом Кагарлицким, с вопроса: что стояло за этими призывами?

— Все те, кто занимается осуждением большевизма постфактум, говорят, что большевики хотели принести Россию в жертву своей утопии мировой революции. На самом же деле ровно наоборот. Большевики были уверены, что именно мировая революция позволит и поможет решить проблемы России. То есть мировая революция мыслилась как инструмент, с помощью которого будет преодолена в том числе и российская отсталость. Страна получит новые возможности развития уже в рамках нового глобального или, по крайней мере, европейского сообщества, которое они мыслили как справедливое и ориентированное на интересы трудящихся.

Новый патриотизм

— Из-за этого их упрекали в отсутствии патриотизма…

— Никаких противоречий между идеями мировой революции и тем, что мы бы сейчас назвали патриотизмом, не было. Другой вопрос, что само слово «патриот» у левых было чуть ли не ругательным.