О возвращении на круги своя

Разное
Фото: Эксперт

Начнём с детали — к сожалению, характерной. В разгар лета публике сообщили о прекрасном выступлении российской сборной на 58-й Международной математической олимпиаде в Бразилии — и это была сознательная ложь. Нет, что «все наши ребята с медалями: золото, три серебра и две бронзы!» — чистая правда, только это означает не успех, а провал. В прошлом году эксперты восприняли как тяжёлую неудачу, доказавшую переход нашей сборной из привычной группы лидеров в середняки*, восьмое место — теперь мы уже одиннадцатые. По набранным баллам наши отстали от победителей уже безнадёжно (128 против 170), обогнав всего на балл таких математических гигантов, как Греция и Грузия. Впервые в истории советской и российской сборной половина наших ребят не вошла в первую сотню рейтинга, а один из наших и вообще 265-й. Выдавать такое за успех — это как если бы наши хоккеисты, став на чемпионате мира одиннадцатыми, хвастались победой в групповом турнире над Люксембургом.

Причина нарастающей деградации математической команды известна — давняя монополизация власти в этой области отечественного образования. Люди, руководящие подбором и подготовкой команды, всем довольны и покладисты, с ключевыми людьми смежных сфер сработались и сдружились, а потому и ими все довольны; они будут монопольно руководить и дальше — тем более что у них всё идёт хо-ро-шо! И в Бразилии был успех! успех был! А возможно такое герметическое и независимое от результатов властвование потому, что и в смежных областях — будь то «работа с одарёнными детьми» или школьная математика — царит точно такой же молчаливый монополизм, когда все всем довольны и со всеми сдружились. Время от времени по чьему-то недосмотру герметичность даёт сбой и нагота королей на мгновение становится очевидной. Так, недавний конкурс школьных программ по математике предстояло выиграть проекту, на который правильные люди получили и за несколько лет потратили полтораста казённых миллионов, а выиграл проект, сделанный за две недели — без денег и без пауз в текущей нагрузке — группой людей неправильных, толковых педагогов. Но случайность быстро исправляется: правильные люди уже до неузнаваемости обкорнали победивший проект — и школьная математика продолжит деградировать ещё быстрей национальной команды. Разумеется, под аккомпанемент радужных отчётов о небывалых успехах школьников, осваивающих математику базового уровня (на старые деньги — курс начальной школы).

Хотя не самой опасной, но уж точно самой досадительной чертой реформаторов российской школы эпохи Фурсенко и Ливанова как раз и было это непрерывное враньё: «В школе всё очень хорошо, а завтра мы опять усовершенствуем ЕГЭ, и всё станет просто отлично». Отчасти поэтому мне — и не мне одному — казалось, что возрождение школы не может начаться, пока не будет вслух сказана мрачная правда о положении дел. И когда год назад Ливанова убрали и министром стала Васильева, весьма многих порадовала фраза, сказанная ею при вступлении в должность: «Прежде всего мы должны проанализировать сделан

*«О переезде в третий мир», № 28 за 2016 год.