Кормильцев эпохи развитого постгуманизма

Культура / Книги Увидело свет трехтомное собрание сочинений поэта и издателя Ильи Кормильцева

Илья Кормильцев вошел в историю русской культуры в первую очередь как автор текстов группы Nautilus Pompilius. Творческий дуэт Кормильцев—Бутусов сумел сконцентрировать в своих произведениях невероятную эмоциональную и интеллектуальную энергию. Они появились на пике популярности рок-музыки в России и воплотили в себе ее лучшие черты: образность и мелодичность. Кормильцев создавал тексты, которые, как и всякая настоящая поэзия, не поддавались однозначному истолкованию. Напечатанные на бумаге, они остаются самими собой. По ним можно видеть, что автор, писавший тексты едва ли не для всех екатеринбургских рок-групп и ставший родоначальником екатеринбургского рока, был прежде всего поэтом, а рок-группы оказались просто посредниками между ним и аудиторией. Послужив лишь поводом для поэзии, эта музыка сейчас стерлась из памяти, перестала быть актуальной, но стихи, которые ей сопутствовали, перешагнули из одного века в другой.

Биографическое эссе Кормильцева «Три жизни Габриеле Д’Аннунцио» воспринимается как манифест. Его герой переходит из одной сферы деятельности в другую, везде начинает с нуля, достигает вершины успеха, а затем начинает новый цикл. Для Д’Аннунцио это были поэзия, авиация, кинематограф и, наконец, политика, где он развернулся на полную мощь и даже стал на время правителем небольшого квазигосударства. Может быть, ему удалось бы совершить что-нибудь необыкновенное, но в этот момент на пути ему встретился Муссолини, который и «удушил» нежно супергероя в своих объятиях. В эссе Кормильцев делает несколько выводов. Три из них таковы: «1. Никогда не говорите: “Мне уже слишком поздно начинать…” 2. Лучший способ написать много книг — придумывать названия и брать под них авансы у издателей. Если не стесняться и действовать с размахом, то можно стать даже классиком. 3. Тщательно проверяйте всех тех, кто хвалит вас и называет учителем. Среди них может оказаться не только ваш Иуда, но и ваш Муссолини».

Кормильцев прожил две яркие жизни: в первой, как и Д’Аннунцио, он был поэтом, во второй — издателем. И если в первой он шел ва-банк и в итоге эта стратегия увенчалась успехом, то во второй пошел не просто до конца, но против всех. Он издавал книги, которые магазины отказывались ставить на полки. Вместо того чтобы почивать на лаврах как классик и подхватывать очередную волну популярности написанных им в соавторстве с Бутусовым песен, Кормильцев после сорока ушел с головой в литературную контркультуру. Он сделал это настолько безоглядно, что постепенно все стали воспринимать его исключительно как издателя книг в оранжевых обложках. После 2000 года, когда творческий дуэт с Бутусовым окончательно распался, он не позволял себе предаваться воспоминаниям и говорил только о тех книгах, которые издает. Они стали для него способом высказаться о происходящем в окружающем мире, который захлестнуло насилие, вторгающееся посредством медиа в дома обывателей в невиданных до того масштабах.

Интервью Кормильцева дают возможность проследить его эволюцию. Вот он вместе