Каталонское «ой»

Тема недели / БОРЬБА ЗА НЕЗАВИСИМОСТЬ Поход каталонцев за независимостью закончился болезненным фиаско. И винить они в этом должны только себя
ТАСС

Поставленная в угол кошечка в цветах каталонского флага оборачивает к зрителю голову и жалобно говорит: «Ну а что, даже спросить нельзя»? Это лишь один из многих демотиваторов и «фотожаб», циркулирующих по сети в связи с историей каталонского референдума. Историей жалкой самопровозглашенной республики с жалкими руководителями (прежде всего это глава каталонского правительства — Женералитета — Карлес Пучдемон), жалкой каталонской элиты и не менее жалкого планирования. Единственные, кого в этой истории жаль по-настоящему, — это сами каталонцы. Те, кто проливал кровь на улицах Барселоны в ходе трагического референдума 1 октября. Их кровь, их демонстрация гражданской ответственности, готовность не только проголосовать, но и защитить избирательные урны от согнанных со всей Испании полицейских — все это оказалось бессмысленным из-за предательства (по-другому и не скажешь) каталонской элиты.

Однако если посмотреть на ситуацию трезво, с политологической точки зрения и без эмоций, то все произошедшее вполне логично и правильно. Не в первый и даже не в сто первый раз в международных отношениях появляется дилемма между двумя закрепленными в Уставе ООН правами — правом на самоопределение народов и правом на суверенитет и территориальную целостность государства. И каждый раз эта дилемма решается очень просто — побеждает тот, на чьей стороне бо́льшая сила и решимость. В Крыму победило право на самоопределение, потому что люди вышли на улицы защищать свою землю от украинских нацистов. Заняли парламент, мерзли в охранении на административной границе с Украиной до тех пор, пока туда не пришли «зеленые человечки». В Каталонии же победило право на испанский суверенитет, ведь там элита не готова была умирать за независимость, а население — за такую элиту.

 

Дорогая наша независимость

В истории и политологии есть такое понятие, как «окно возможностей». Оно подразумевает уникальное кратковременное сочетание внешних и внутренних факторов, которое делает реальным ранее невозможное событие. Бисмарк сумел использовать такое окно («шириной» в несколько лет) для объединения Германии. Не упустила его и Россия в марте 2014 года, когда вернула Крым. Тогда ширина изменялась уже несколькими месяцами — возвращение Крыма не было возможно ни в январе, когда на Украине была легитимная власть, ни в мае 2014 года, когда путчисты укрепили свои позиции в стране. У каталонцев же окно возможностей появилось в октябре 2017-го.

Дело в том, что в обычных условиях отделение Каталонии было невозможно по целому ряду причин. Во-первых, по закону — конституция Испании не подразумевает возможности проведения референдума о независимости в отдельно взятом регионе. Если автономия хочет помахать ручкой Мадриду, то на всей территории Испании должен пройти референдум на предмет того, готовы ли испанцы помахать в ответ. И если не готовы, то автономия никуда не уходит. Понятно, что при всех внутренних противоречиях никто не будет махать ручкой региону, обеспечивающему около 20% ВВП страны. «У народа не