Об одном примечательном диалоге

Разное
Фото: Эксперт

Публикуя текст беседы между П. О. Авеном и А. Б. Чубайсом, редакция «Сноба» обозначила его содержание так: беседа двух бывших членов «правительства молодых реформаторов» о том, кто из них виноват в крахе либеральной идеи в России. Это не совсем точно. Речь у них всё-таки не о личном вкладе собеседников в некий крах — даже не потому, что личные их вклады в события четвертьвековой давности несопоставимы, а потому, что не так уж склонны они считать, что их правительство в каком-либо смысле привело к краху. Они дискутируют скорее не про кто, а про что — что именно они тогда, оказавшись у власти, делали не так. И расходятся они не во всём: что сегодняшняя Россия свободы не хочет — или хочет меньше, чем собеседники считали бы правильным, — согласны оба. Только один Россию за это горько осуждает и требует её всячески переубеждать, а другой говорит: э-э-э, нет, ты, душа моя, погоди — у неё свои резоны… Разговор вышел поучительный.

И прежде всего — своим трогательно детским уровнем. К исходу советской эпохи мы все — ну, практически все — пришли вопиюще безграмотными во всём, что касается общественной и государственной жизни. К марксистско-ленинской трактовке таких вещей, вбивавшейся в головы трёх поколений подряд, относились как к постылому и бессмысленному шуму, а об иных трактовках знали только одно — что они гораздо против наших превосходнее. Взращённая перестройкой народная активность базировалась на безусловной вере, что, когда наконец «партия даст порулить», всё обернётся к лучшему как бы само собой, потому что решения всех проблем известны: будем делать «как у них». Впрочем, не ту же ли самую нехитрую байку повторяли тогда и на Западе? Это же и есть «Конец истории» г-на Фукуямы, только пересказанный неучами круглым неучам. Но ведь с тех пор прошла целая эпоха — как можно было, проехав через все её рытвины, так и не обучиться ничему сверх ничтожного набора представлений, модного в 1991 году? Оказалось, можно. Г-н Авен говорит, имея в виду либеральную демократию: «Моя модель мира — это просто модель будущего». Он говорит: «Я абсолютно убеждён, что через какое-то время и в Ливии удастся (построить либеральную демократию. — А. П.), — просто потому, что так человечество устроено». Он говорит — сегодня, вот прямо сейчас говорит: «Весь мир идёт к тому, чтобы средства массовой информации были реально независимы. Нельзя лоббировать статью в газете, это совершенно невозможно, понимаешь?» И всё подчёркивает, как по краю стола постукивает: это аксиома… это не обсуждается… Диво ли, что при такой проницательности и анализ работы гайдаровского правительства выходит слабенький? Мол, административного ресурса применяли многовато, информационного ресурса маловато — прямо читать странно, особенно если не всё про те давние времена перезабыл.

Но спор идёт, конечно, не о пролитом невесть когда молоке, а о выводах из того очевидного обеим сторонам факта, что русскому народу Родина дороже Свободы. Я-то, грешник, не только факта такого не знаю; мне сама постановка вопроса: