Умный, небогатый, издалека…

Специальное обозрение / РОССИЙСКИЕ ВУЗЫ: ПРОГРАММА 5–100 Российские университеты активно осваивают дальнее зарубежье. Их репутация на международном рынке профессионального образования по-прежнему высока. Но она явно не соответствует положению российских вузов в мировых рейтинговых таблицах
ТАСС

В 2005 году в Самарский государственный аэрокосмический университет (СГАУ, сейчас — Самарский университет) приехал учиться Эмиль Райа из Ливана. У себя на родине он стал одним из трех сильнейших школьников на олимпиаде по математике, и в качестве поощрения юному таланту предложили стипендию на учебу в России.

Закончив СГАУ по специальности «конструктор авиационных двигателей», Эмиль через некоторое время поступил на работу в одну из известнейших мировых двигателестроительных компаний — британскую Rolls-Royce. При этом Райя не скрывает, что выиграть конкурс 60 человек на место на эту работу ему помогло образование, которое он получил в России. «Благодаря отличным знаниям по теории конструкции и производства двигателей я не только легко прошел конкурсный отбор, но понял, что могу работать в разных инженерных отделах корпорации. А позже стало ясно, что гораздо больше мне пригодились навыки инженерного мышления, привитые в Самаре, и умение работать в программных пакетах для моделирования рабочих процессов в двигателе, например CFD», — говорит Райа, который сейчас работает в главном конструкторском отделе Rolls-Royce PLC в Дерби.

Разворот на рейтинг

И таких историй успеха иностранцев, выучившихся в России, можно привести множество. Несмотря на критику, советская высшая школа, особенно инженерная, продолжает выпускать качественных специалистов, обладающих фундаментальными знаниями и системным мышлением, что выгодно отличает их в глазах и западных, и восточных работодателей.

Сами университеты при этом на месте не стоят. «Мы намерены в ближайшее время преобразовать учебный процесс под математические стандарты Кембриджа: серьезно увеличим объемы математики и физики на первых курсах. А для этого нам нужны абитуриенты с высокими баллами ЕГЭ по этим предметам. Чтобы студенты были готовы к 3D-моделированию в проектировании, они должны глубоко понимать физику и обладать обширным математическим аппаратом», — говорит научный руководитель Эмиля Райа профессор Самарского университета Александр Ермаков.

Проблема в другом. Наши вузы, в том числе ведущие, исторически создавались как образовательные центры для массовой подготовки высококвалифицированных специалистов. А западная модель университетов, которую теперь перенял и Восток, предполагает развитие университетов прежде всего как научных центров и своеобразных «гнезд» для подготовки национальных (мировых) элит.

Это не хорошо и не плохо. Это другая модель, под которую ускоренными темпами сейчас пытаются подстроиться российские университеты. И для этого надо пройти путь, который Гарвард и Кембридж преодолевали столетиями, за пару десятков лет.

В результате получается парадокс. Вьетнамцам, китайцам, индусам, перуанцам, ливанцам образование в России по-прежнему дает шанс получить хороший пакет практических знаний. Но вовсе не факт, что Эмиль Райа поехал бы учиться в Россию сейчас. Потому что, посмотрев в мировую таблицу рейтингов университетов, он увидел бы, что большинство университетов России, обладающие уникальны