Хорошее кино как случайность

Культура
Кино
«Эксперт» №20 (1074) 14 мая 2018
Даже выдающиеся кинематографисты в подавляющем большинстве случаев делают плохое кино. И только иногда — при очень благоприятном стечении обстоятельств — у них получается что-то действительно заслуживающее внимания зрителей
Хорошее кино как случайность

В этом году Московский кинофестиваль, сороковой по счету, проходил в непривычные для него дни — во второй половине апреля: между Берлинским фестивалем и Каннским. Обычно бόльшая часть внеконкурсных программ собирается из фильмов, премьеры которых состоялись на Каннском фестивале — по-прежнему самом престижном. В этот же раз отборщики ориентировались на Берлинский. Каннские премьеры остались Каннскому фестивалю, в Россию они приедут, возможно, только на следующий год, за исключением тех фильмов, которые привлекли внимание отечественных прокатчиков. Но на качество и тем более на объем программы Московского фестиваля это не повлияло. Зрителям снова пришлось иметь дело с большим количеством фильмов: их суммарный хронометраж существенно превышал общий хронометраж фестивальной недели. Зато у них была возможность получить наиболее полное представление о процессах, протекающих в современном кино.

Сроки проведения — единственное изменение, которое организаторы были вынуждены сделать в связи с грядущим чемпионатом мира по футболу. На Московском фестивале журналисты по-прежнему — в отличие от последовавшего за ним Каннского — имели право первого просмотра конкурсных фильмов. ММКФ как был, так и остается гигантской фабрикой по производству информационных поводов, большой сценой, на которую кинематографисты всех стран выходят, чтобы предстать в первую очередь перед жюри и уже затем — перед московской публикой. Премьерные фестивальные показы — первое масштабное тестирование фильма, возможность получить ответ на вопрос, как станет реагировать публика, будет ли фильм ей интересен. Сильная сторона фестивальных показов в том, что на них приходит искушенный зритель, слабая — в том, что он уже успел посмотреть десяток-другой фильмов и его трудно чем-либо удивить.

Многочасовые фестивальные просмотры действуют на зрителя отрезвляюще. Произведение искусства кино предстает перед ним полностью обнаженным. Оно лишается аромата эксклюзивности, возникающего, например, на устроенном специально для критиков предпремьерном показе вне каких-либо фестивалей. Все выглядит так, как будто они члены закрытого клуба с набором причитающихся им привилегий. Но если быть объективным, они — немногим более чем участники ритуала, который, скорее, дань традиции, нежели нечто, имеющее решающее значение для судьбы фильма. Отказ организаторов Каннского фестиваля отдавать критикам приоритет — первое публичное заявление индустрии по этому поводу. Ей не нужны критики — нужны клакеры, стоящие вдоль красной дорожки и аплодирующие шествующим по ней звездам — одному из основных товаров, который индустрия готова предложить зрителю.

Базовым носителем информации, которой зрителя накачивают перед тем, как фильм выйдет в прокат, стал трейлер. В коротком ролике зритель должен получить максимум визуальных впечатлений о фильме. Количество просмотров трейлера не только в Сети, но и перед кинотеатральными показами несопоставимо с числом просмотров критической статьи, написанной по поводу того или иного фильма