Понять мэра

Политика
ИНТЕРВЬЮ С МЭРОМ МОСКВЫ
«Эксперт» №34 (1085) 20 августа 2018
«Город, который с каждым годом становится менее комфортным, просто обречен», — считает мэр Москвы Сергей Собянин
Понять мэра

Если бы мы могли поставить Москву с ее бюджетом в два триллиона рублей (по итогам 2017 года) в рейтинг крупнейших компаний страны «Эксперт-400», то она заняла бы пятое место, сразу после Сбербанка. Или другое сравнение: бюджет Москвы равен сумме выручки двух крупнейших потребительских сетей России — «Магнита» и X5 Retail. И то и другое характеризует масштаб влияния столицы как на экономику страны, так и на тренды развития индустрий — транспортной, градостроительной, туристической, малого и среднего бизнеса.

Интересен не только масштаб, но и тенденции. Сергей Собянин возглавил город в 2010 году, в период рецессии. Несмотря на эту рецессию, бюджет Москвы за последующие годы в реальном выражении не изменился. Основной причиной такой стабильности надо считать активный инвестиционный процесс, запущенный мэром и касающийся прежде всего инфраструктурного строительства. Как объясняет сам Собянин в интервью, «когда ты развиваешь инфраструктуру, город автоматически начинает развиваться. Любое строительство станции метро или МЦК влечет за собой активное освоение девелоперами существующих территорий. Лучшая транспортная доступность сразу же провоцирует активные капитальные вложения». И действительно, по данным Росстата, инвестиции в основной капитал Москвы, тоже в постоянных ценах, за шесть лет выросли более чем на 25%, а количество предприятий малого и среднего бизнеса удвоилось.

Какова логика действий человека, управляющего таким крупным, социально небезразличным объектом? Как думает мэр? Именно это мы хотели понять в разговоре с Сергеем Собяниным.

 

— Есть точка зрения, что за время вашего руководства Москва трансформировалась от столицы имперского типа в сторону города европейского типа — узкие улицы с велодорожками, пешеходные зоны… Когда вы приехали в Москву в качестве мэра, какой был замысел? На какие города вы ориентировались?

— Такими категориями: имперский город, европейский город — вообще никогда не мыслил и не мыслю. Мне кажется, что лучшая система координат — насколько город удобен для жителей, насколько он отвечает своему функционалу и развитию. Что касается «той» Москвы, не знаю, как точно обозначить, какой это был город, но он точно был не имперский. Город, заставленный ларьками, завешенный рекламой, проводами, забитый машинами, слегка грязноватый, неуютный, неухоженный.

Во времена СССР в Москве было около двух миллионов работающих в промышленности. Значительная часть города, помимо чиновничьего аппарата союзных и республиканских министерств, была ориентирована на промышленность. Затем, когда произошла смена траектории развития, вся эта промышленность скукожилась. Хотя она в принципе и сегодня большая, около 600 тысяч человек работает в промышленности. Выжили в основном оборонная промышленность, узкотехнологичные предприятия, пищевая промышленность, то, что реально нужно для города, и то, что финансируется крупными корпорациями. Город перешел в другую ипостась, ближе к дикому капитализму: каждый зарабатывает как может. Отсюда появилось огром