Пять друзей Каспия

На саммите в Актау прикаспийские страны подписали Каспийскую конвенцию. И поделили акваторию Каспийского моря, так и не поделив полностью его дно
Пять друзей Каспия

Историческое событие. Именно так министр иностранных дел России Сергей Лавров назвал подписание на саммите в Актау Каспийской конвенции всеми прикаспийскими государствами — Россией, Азербайджаном, Ираном, Казахстаном и Туркменистаном. И историческое оно отнюдь не только потому, что стало следствием более чем двадцатилетнего переговорного марафона. А потому, что страны со столь разными политическими интересами и сонмом взаимных противоречий договорились на основе компромисса по столь сложному вопросу. Не то чтобы, если говорить языком китайских стратагем, каждой из сторон удалось обменять кирпич на яшму, — но все-таки все подписанты смогли добиться своих приоритетных целей. У кого-то это было дно, у кого-то — безопасность, у кого-то выгодное деление акватории, а у кого-то — сохранение спорных моментов с переводом дискуссии о них в цивилизованные рамки.

Переговоры на дне

Еще недавно Каспийское море было впору называть «морем раздора». До распада СССР все было просто: Советский союз и Иран выделили для себя десятимильные рыболовные зоны, а остальную акваторию объявили свободной для судоходства. Естественно, другие страны на Каспий не допускались. После же распада СССР ситуация усложнилась: каспийская «двойка» превратилась в «пятерку», и у новых государств были свои интересы, не предполагающие совместного пользования акваторией. Во-первых, углеводороды Каспия и возможность прокладки через него трубопроводов в Европу очень интересовали те силы на Западе, которые рассчитывали на сокращение российского газового экспорта в Европу. Во-вторых, воды Каспия представляли интерес для тех, кто рассчитывал на размещение там военных баз с целью оказания давления на Иран, а также на Россию.

Неудивительно, что в итоге переговоры о принципах раздела и сосуществования на Каспии заняли так много времени. Ключевым был вопрос о том, чем является Каспий — морем или озером. Если бы Каспий считали морем, то, согласно морскому праву, государство имеет исключительные территориальные права в полосе шириной 12 морских миль от берега и исключительное экономическое право в полосе 200 миль. Все остальное считается нейтральными водами. А значит, там не только можно добывать что угодно и как угодно, но и плавать под флагами третьих стран. В случае, если эти страны получили бы военно-морскую базу в одном из прикаспийских государств.

Если же Каспий посчитать озером, то там нейтральных вод не должно быть вообще. Озеро делится по срединной линии от сухопутных границ, и в «своей» зоне каждое государство имеет исключительное право как на поверхность воды, так и на дно. И это не только давало бы возможность иностранного военного присутствия, но и нарушало бы сложившиеся системы хозяйственного пользования морскими ресурсами, а также позволяло странам с сопредельными секторами (например, Казахстану и Азербайджану или Туркменистану и Азербайджану) договориться о прокладке трубопровода. И это уже не говоря о том, что против такой срединной линии категорически выступал Иран — ведь в этом слу