«Эксперт Online» , Елена Чудинова

Засуха, недород. В реалиях XXI века слова эти, понятное дело, не означают, что грядущей зимой мы съедим меньше хлеба. Но дороже заплатим, сомневаться не приходится. Вот только обидно, что как в урожай, так и в засуху, как дорогой, так и дешевый хлеб, который мы едим, останется почти несъедобным. Очень…

Засуха, недород. В реалиях XXI века слова эти, понятное дело, не означают, что грядущей зимой мы съедим меньше хлеба. Но дороже заплатим, сомневаться не приходится. Вот только обидно, что как в урожай, так и в засуху, как дорогой, так и дешевый хлеб, который мы едим, останется почти несъедобным. Очень обидно, особенно когда покупаешь во французской булочной багет, аппетитно выпирающий румяным краем из бумажного пакета. Ключевое слово – бумажный.

Когда я впервые – уж, кажется, лет двадцать тому – увидела на наших прилавках хлеб, упакованный в полиэтиленовую пленку, я даже обрадовалась. Все-таки приятно думать, что никто не трогал грязной рукой выбранный мною батон. Ради моего потребительского удобства все и затевалось, как же. Пленка появилась, чтобы на наш стол попал хлеб, не могущий существовать без нее. Лишенный герметичной упаковки, нынешний хлеб превращался бы в камень еще на прилавке.

Французский хлеб, что продается завернутым в бумагу, может лежать открытым более суток. Наш – не лежит часа.

Уж как они его там портят, и не поймешь. Используют химические агрессивные дрожжи? Употребляют для упрощения процесса безопарное тесто? Мне приходилось слышать обе эти версии. Результат в любом случае ужасен – даже для меня, москвички, никогда в жизни не пробовавшей настоящего филипповского хлеба. Того самого, легендарного, что доставлялся из старой столицы даже ко двору: ну не могла невская жестковатая вода заменить сладкую московскую воду, ну не так тесто на ней поднималось…

Хлеб ...