Мир хижин во дворце
«Эксперт Online» , Елена Чудинова
Даже The Economist, журнал, не чрезмерно интересующийся явлениями французской культурной жизни, и тот не сумел сдержаться, осветив завершающийся в Париже двухнедельный фестиваль хип-хопа. В своем, понятное дело, ключе: мол, это событие заставит снобов поморщиться, глядя через свои театральные бинокли. Что же, с определенной точки зрения хип-хоп, вышедший этим летом на сцену Гран-Пале, — факт отрадно демократический и позитивный. Поостерегшись назвать событие культурным, и мы, однако, не можем не отдать должное его знаковости.
Когда нечто изначально «альтернативное» интегрируется в мейнстрим — это всегда знак. Детище проблемных окраин, изначально противопоставленное англосаксонской белой культуре, а позже — белой культуре вообще, хип-хоп не менее странен на сцене Гран-Пале, чем был бы русский слет КСП 1980-х годов — на сцене кремлевского Дворца съездов. (Да чтобы при этом и выступали каэспешники в том же виде, как ходили в лес, — в брезентовых штормовках и резиновых сапогах. И чтобы костры на паркете разводили.) Хип-хоп, похоже, ничему больше не противостоит — он диктует свои условия. Едва ли можно назвать случайностью то, что один из сыновей президента Саркози оказался продюсером фестиваля. С хип-хопом заигрывают, как с политической силой, его боятся игнорировать и пытаются приручить. Каждый юный ракалья в кепке и обвислых штанах, распевающий со сцены о радостях наркотического кайфа и насилия, дробится на тысячи единиц активного электората. Электората, который может в любую минуту перестать быть электоратом и превратится в открыто силовой инструмент давления — что периодически ...
Петр Алексеевич Романов
1. Всякая информационная (физическая) система живет конечное время. В силу известного принципа термодинамики. Вся ваша (уважаемая) эволюция с момента рождения - деградация и распад. Потеря приспосо***емости, потеря волос на голове и других функций. То же происходит с языками, этносами, империями и цивилизациями. Как сказано в книжке, была надпись на стене: мене мене текел…
Проблема в том, что человек и человеческое общество - не совсем физическая система. Если кирпич сбросить с крыши, то он упадёт. Если меня сбросить с крыши - я, конечно, упаду примерно как кирпич. Но у меня, в отличие от кирпича, есть принципиальная возможность не дать себя сбросить.
Насчёт “мене, текел…” Ну да, а почему рухнул Вавилон? Потому, что погряз в разложении. Так что, он не мог не погрязнуть?
Ещё такой интересный момент. Моя личная эволюция - конечно, необратимые деградация и распад. Снова я не рожусь, я же не индус. А вот общество после распада может возрождаться. Россия после 12 века, в начале 17-го, в начале 20-го. Китай за свою историю пережил ещё больше.
Если следовать термодинамике, Россия должна была кончиться раз и навсегда после распада Киевской Руси.
Отсюда вопрос, какими факторам обусловлены интеграция и дезинтеграция общества. Гумилёв, скажем, хорошо описал процесс, но его объяснение явно хромает. Лучи какие-то. Наверно, просто потому, что ну надо было хоть как-то попытаться объяснить.
2. Организованная преступность - сигнал отсутствия организации общества. Скажем, в 19 веке на Юге группа озабоченных граждан во главе с полковником Линчем перевешала бы особо ретивых мафиози за ночь. Аналогичо поступили бы в швейцарском кантоне. А в Чикаго граждане не могли организоваться. Поэтому горстка проходимцев терроризировала город. И держала на откупе полицию. Так что федеральное правительство было вынуждено создать ФБР. То есть рост бюрократии есть реакция на потерю обществом способности к самоорганизации. Еще один пример системы с успешной самоорганизацией - академия наук в СССР. Где академики сами решали как распределять деньги. А теперь всем рулит Фурсенка.
Не совсем. Если я повешу бандита, против меня выступит гос. машина и впаяет мне по полной программе за самосуд. Кстати, пример успешной самоорганизации - Кондопога. И то им “статьи шьют” (в первую голову им, а не убийцам), хотя они вообще никого не повесили. В данном случае организованная преступность действовала в альянсе с бюрократическим аппаратом. А граждане самоорганизовались для борьбы и дали преступности по зубам. После чего получили по зубам уже от гос-ва.
Насчёт гос./бюрократической машины есть и другая точка зрения, по-моему - не лишённая оснований. Она, как любая система, заинтересована в саморазвитии и саморазрастании. Есть некие внутренние закономерности бюрократического развития.
Машина эта создаётся именно для обеспечения связности, организаованности на более высоком уровне - государства, державы, империи. Разумеется, она необходима. Но - стремясь к разрастанию, она начинает “сжирать” локальную самоорганизацию.
Ещё такой момент. Вы не раз цитировали одного китайца: “Если граждане начали доносить друг на друга, в их сердцах поселился закон”. Но ведь это противоречит принципу локальной самоорганизации. Граждане доносительством “делегируют полномочия” бюрократу, тем самым теряя свою организованность и способствуя росту бюрократической машины. Разве нет?
Петр Алексеевич Романов:
по выдвинутому тезису.
В царской России, к началу 20в было около 250тыс чиновников. При сталине-в районе 1,5 млн. Шестикратный рост. Кроме того очень активно развивалось кооперирование. Однако ж “г'еволюция о котог'ой так долго говог'или большивики свег'шилась”.
Кирилл Дегтярёв:
1. Всякая информационная (физическая) система живет конечное время. В силу известного принципа термодинамики. Вся ваша (уважаемая) эволюция с момента рождения - деградация и распад. Потеря приспосо***емости, потеря волос на голове и других функций. То же происходит с языками, этносами, империями и цивилизациями. Как сказано в книжке, была надпись на стене: мене мене текел…
2. Организованная преступность - сигнал отсутствия организации общества. Скажем, в 19 веке на Юге группа озабоченных граждан во главе с полковником Линчем перевешала бы особо ретивых мафиози за ночь. Аналогичо поступили бы в швейцарском кантоне. А в Чикаго граждане не могли организоваться. Поэтому горстка проходимцев терроризировала город. И держала на откупе полицию. Так что федеральное правительство было вынуждено создать ФБР. То есть рост бюрократии есть реакция на потерю обществом способности к самоорганизации. Еще один пример системы с успешной самоорганизацией - академия наук в СССР. Где академики сами решали как распределять деньги. А теперь всем рулит Фурсенка.