«Эксперт Online» , Елена Чудинова

Прочла я на днях роман, оказавшийся скорее дамским, нежели историческим, что называется, «про любоff». Впрочем, над кое-какими источниками писательница все же потрудилась и даже дала себе труд обрисовать эпоху, на фоне коей любят и не любят персонажи. Вот этой-то трактовкой эпохи я и хочу поделиться.…

Прочла я на днях роман, оказавшийся скорее дамским, нежели историческим, что называется, «про любоff». Впрочем, над кое-какими источниками писательница все же потрудилась и даже дала себе труд обрисовать эпоху, на фоне коей любят и не любят персонажи. Вот этой-то трактовкой эпохи я и хочу поделиться. Итак, в некотором царстве, некотором государстве помазанник Божий был мягок нравом, а супруга его (иностранка) – непопулярна в народе. Немало накопилось в этом царстве и нерешенных проблем. Воспользовавшись этими проблемами, всякие злокозненные личности устроили революцию. Тут пролилось много безвинной крови. И неизвестно, что сталось бы с некоторым царством, но тут явился герой-спаситель. Выдвинулся он из рядов революционеров – не из самых главных, а вроде как из второго ряда. В революционном терроре он, конечно же, был отнюдь не повинен. И вот укрепился этот герой как единоличный правитель, навел порядок, выиграл множество великих сражений и заставил цивилизованный мир вздрагивать при одном своем имени. А еще он открыл запертые революционерами церкви (принудивши, правда, себя в них славословить, но эка важность) и вообще вернул назад много хорошего из дореволюционной жизни. А уж народ-то его как любил! Солдаты умирали с его именем на устах, в атаку с ним шли… Угадали, о ком речь? Правильно: о Наполеоне Бонапарте.

Имена и народы могут быть различны – неизменны только грабли, на которые мы наступаем.

В юности я весьма не жаловала Петра I. И про Алексея Петровича ...