«Русский репортер» №5 (84) , Ольга Цыбульская

Как и почему мы воспитываем детей

У одной моей знакомой пятеро детей. А еще у нее есть соседка по даче. В силу известной территориальной незащищенности — когда дело было, строить заборы в четыре человеческих роста еще не начали — у соседки имелась возможность воспитывать этих самых пятерых детей. О своих усилиях и их результатах она регулярно докладывала нерадивым родителям. Что они делали с детьми вне дачного сезона — без соседкиного пригляда, — даже страшно себе представить. Но, несмотря ни на что, все пятеро выросли полноценными членами общества. Соседку вся семья вспоминает до сих пор — как образец педагогики, не замутненной опытом. Но это я так, к слову.

Раньше и с детьми, и с педагогикой все было более-менее понятно: семья и школа, дворец пионеров и доктор Спок в качестве единственного привлеченного со стороны авторитета. Теперь непонятно ничего. С одной стороны, есть школа, по-прежнему во многом советская, с другой — множество психологов и педагогов, заграничных и российских, которые дают иногда прямо противоположные советы. Между всеми этими людьми, каждый из которых тянет в свою сторону, собственно, и существует семья.

В последнее время чаша весов явно склоняется в сторону импортных психологов: многие родители только их и слушают. Но, как показывает практика, слышат все равно что-то свое. Вообще, если бы не эта самая практика, мы наверняка понимали бы все верно. Но стоит начать воспитывать — и дети все равно получаются какие-то наши, на иностранных совсем не похожие. Кто-то ...