«Эксперт» №21 (659) , Сергей Журавлев

Особенность нынешнего кризиса, похоронившего кредитование, в том, что он выключил наиболее сложные контуры хозяйственной системы индустриально развитых стран

С приходом весны «зеленые ростки» в отечественной и зарубежной макростатистике мелькают почти так же часто, как и предвестники второй волны кризиса. Правда, кажется, про ростки пишут больше у них там, а про волну — у нас, вгоняя в это определение кто сход лавины необслуживаемых долгов, кто новую девальвацию, а кто и просто дальнейшее падение производства. Это, как говорится, дело привычное: где-то аудитория предпочитает истории с хэппи-эндом, а где-то западает на триллеры и хорроры. Хотя если взглянуть на динамику большинства макроиндикаторов, особенно помесячных, очищенных от инерции влияния первой, довольно-таки суровой для нас ударной волны кризиса, то наши смотрятся не хуже, а некоторые, пожалуй, даже и бодрее своих заграничных собратьев.

Если смотреть на то, что происходит с финансами, то вроде бы и впрямь, не впадая в перечисление общеизвестных радостных подробностей про фондовые индексы и нефть, можно заметить, что ситуация не столь удручающая, как на пике панических настроений в октябре-декабре прошлого года. Но финансовые рынки дело особое. Как заметил в свое время один весьма успешный спекулянт, торговля акциями (а по устройству рынка в краткосрочном плане мало чем отличается от них и нефть) — это торговля мечтой.

Что же касается статданных и прогнозов по реальному сектору, то обнадеживающих признаков — а именно на них, по идее, должны были бы опираться «мечты» воспаривших духом биржевых игроков — там, похоже, сильно поменьше. В апреле-мае с ухудшением прогнозов состояния мировой экономики ...