Всё это безрезультатно. Интервью показывает, что академики полностью утратили связь с реальностью и даже не понимают, в чем проблемы науки и как ей помочь. Они пытаются копировать чужие схемы по внешней похожести, не понимая, что схема организации науки неразрывно связана с организацией того или иного общества. Что сама схема организации работоспособна не при условии грантового или планового финансирования, а при условии ответственности ученых за получаемые результаты. И именно этого нет в российской системе науки, как нет ответственности за рецензии. А значит, даже при грантовой системе получим перегруппировку музыкантов в крыловском «Квартете» с тем же результатом, как получили пересадку из кресел в кресла экономистов советской эпохи в антисоветские капиталистические структуры. Как говорил в свое время В. Брюсов, нет бездарных рифм – есть бездарные поэты.

Также тщетны надежды, что варяги придут и помогут. Мейнстрим давно стал международной мафией, превратившись в Цербера политически заангажированных концепций, сводящихся к подведению наукоподобных словосочетаний под действия политиков, откровенно преследующих клановые цели, не имеющие ничего общего ни с законами общества, ни с законами природы. Потому и кризис свирепствует.

Вот я в комментариях к предыдущей статье «О мракобесии и смежных проблемах» предложил простой и очевидный ход: вот есть научный материал, он полностью оригинален, опубликован, экспериментально и теоретически проверен, откровенны практические применения. Для эксперта вынести решение – на пару минут работы. Мне известно, что с «Эксперта» приходили по указанной мной ссылке. И что? А ничего. Никто не вызвался высказать непредвзятое мнение. Никто не решался оценить работу, которая блокируется топырящими пальцы академиками. Вот он, результат. Так каких прорывов ожидают при таком подходе? Их не будет. Всё новое неизбежно будет блокироваться и как следствие Россия будет на задворках развития. При этом любые средства, хоть дели, хоть концентрируй их, будут уходить в песок фантазий и в карманы бизнесменов от науки.

И это касается не только меня. Критерии существующих оценок новизны базируются на защите клана, а не интересов государства и тем более науки. Поэтому хоть одна будет Академия, хоть десяток – результат будет один, поскольку к оценке не желают применять те критерии, которыми должны оцениваться работы. Всё сводится к тому - чей ты, а не к тому, что ты сделал. А отброшенные критерии как раз и являются теми, которые господствовали в науке в период её рассвета в 19 веке. Хотя, если говорить о Российской Академии, то во всё время её существования она проявляла только боярскую сущность. Ломоносова «не поняли», Лобачевского затравили, Умова «опустили», Петрова вытравили из истории российской науки, Попова «притопили», Циолковского «зажали»… А потом догоняли, мол, у нас тоже были такие. Поздно спохватывались. Нужно не памятники ставить и не посмертно портреты на стенки вешать, а иметь смелость признавать разработки при жизни автора и давать ему, живому, возможность сделать то, что он может. А этого нет, и уносят с собой в могилу ¾ или более того, что могли бы дать обществу. Потому и об ответственности ни слова не говорят, потому что с ответственности начинается любое дело и тем более наука. Без этого мракобесие будет править бал, а политики признаваться в провалах инновационного пути развития. В своё время Форд сформулировал принципы, на которых должно основываться производство:

«1. Не бойся будущего и не относись почтительно к прошлому. Кто боится будущего, т.е. неудач, тот сам ограничивает круг своей деятельности. Неудачи дают только повод начать снова и более умно. Честная неудача не позорна; позорен страх перед неудачей. Прошлое полезно только в том отношении, что указывает нам пути и средства к развитию.

2. Не обращай внимания на конкуренцию. Пусть работает тот, кто лучше справляется с делом. Попытка расстроить чьи-либо дела – преступление, ибо означает попытку расстроить в погоне за наживой жизнь другого человека и установить взамен здравого разума господство силы.

3. Работу на общую пользу ставь выше выгоды. Без прибыли не может держаться ни одно дело. По существу, в прибыли нет ничего дурного. Хорошо поставленное предприятие, принося большую пользу, должно приносить большой доход и будет приносить таковой. Но доходность должна получаться из полезной работы, а не лежать в её основании.

4. Производить – не значит дёшево покупать и дорого продавать. Это, скорее, значит покупать сырые материалы по сходным ценам и обращать их с возможно незначительными дополнительными издержками в доброкачественный продукт, распределяемый затем среди потребителей. Вести азартную игру, спекулировать и поступать нечестно – это значит затруднить указанный процесс» .

Эти принципы справедливы и для науки. Ни один из них сегодня не соблюдается. Развитие заблокировали на уровне искусственно введенных отфонарных постулатов. Право в науке предоставляют по принципу допуска к кормушке. Панибратство заполонило все академические учреждения, выродив понятия этики, принципиальности, ответственности в отжившие своё анахронизмы. Вся наука фактически свелась к тем самым азартным играм, плодя проходимцев и заочных докторов наук и академиков, становящихся проФФесорами по праву принадлежности к клану. Если к тому же учесть, что академики от экономики в действительности не знают основных законов конкуренции (как до того не знали основных законов развития социалистической экономики, сводя к примитиву Д-Т-Д' и к принудиловке), понятно, что все надежды на неё будут тщетны. Конкуренция может эффективно реализоваться только в условиях действия надёжных правил, предоставляющих тому, кто лучше работает, преимущество перед теми, кто плохо работает. Количеством Академий, лабораторий это не заменишь. В отсутствие критериев рынок автоматически монополизируется некоторым узким кланом на основе силы, но не эффективности. Конкуренция вырождается в уголовные разборки с разделением сфер влияний. Эти кланы могут иметь много лабораторий, внешне конкурирующих между собой, как было в Германии при создании атомной бомбы. Но ни у кого из конкурентов в приведенном случае не было критической массы урана, а главное, они пытались достичь успеха по одному и тому же пути, искусственно исключив из возможных решений все, которые не основывались на использовании тяжёлой воды и критической массы урана. Результат всем известен.

То же самое происходит и в современной науке. Есть ряд догматов, которые не проверяются и не уточняются и которые нельзя подвергать сомнению под страхом научных и административных преследований. Всё, что не вписывается в выстроенный шаблон – отметается и давится. Остаётся погоня за фикс идеями типа частицы Хиггса, чёрных дыр, единой теории поля и тому подобных монстров, слепленных на афизичных постулатах и прямых ошибках авторов. Так какую истину способна при этом выкристаллизовывать Академия? Никакую, как не следует от неё ожидать и развития. Развитие может быть осуществлено только на изначально корректных моделях. Закладывая же туфту по внешней похожести, ограниченной «удобными» проявлениями – на выходе будут получать соответственно абсурд, типа того, что в формулы поля ничего больше не входит кроме напряжённостей поля, что вещество в результате гравитационного коллапса может свободно падать на центр гравитирующего тела, что фотон, обладая частотой и электронейтральностью, является точечной частицей, что параллельные оси в неподвижной инерциальной системе отсчёта, в движущейся инерциальной системе отсчёта могут становиться непараллельными, что конкуренция сама по себе может служить регулятором экономики и тому подобное.

На этом фоне не вызывают сочувствия стенания, что, мол, в прошлые времена учёные были вхожи к политикам, а сейчас нет. Генералы от науки и сейчас пасутся в кабинетах власти, с учётом их мнений формируется финансирование, разрабатываются планы до 2020 года и далее. Но цели у этих генералов иные, не связанные собственно с самой наукой и развитием, а потому имеем то, что имеем.

Также не вызывают жалости стенания о невостребованности науки. Экономика тоже является разделом науки. И если экономисты-академики своими решениями, своими рекомендациями, планами, позволили разграбить великую страну, отдав предприятия, институты не в руки тех, кто способен развивать, а «позвоночным», «Лорам», «Жорам», «Дорам», если понятие свободы слова свелось к свободе пропаганды извращений и порнографии, - то какие после этого могут быть стенания? Если сами генералы ориентируются на зарубежные гранты, мнение зарубежных экспертов, молятся зарубежным лабораториям – они так же бесполезны обществу, как пропойца для семьи, который живёт по принципу: «где наливают – там и Родина». «Исправьте злоупотребления – это главное. Если это сделано – предприятие будет снова приносить деньги, совершенно так же, как вылеченное человеческое тело вырабатывает достаточное количество здоровой крови» .