Карета прошлого

Борис Стадничук

Если отечественные сатирики и пересели из советского времени в третье тысячелетие, то своих героев прихватить позабыли

На обложке книги Казби Асса «Внук великого комбинатора» изображен немолодой, но ещё бодренький гражданин, внешне напоминающий известного казахстанского писателя Казбека Исмагилова. Гражданин держит под мышкой что-то вроде надувной женщины и вместе с ней пытается вскочить на заднее сиденье «Хаммера». При этом он задорно улыбается читателям — знай, мол, наших!

Если вы предположили, что название «сатирического мини-романа с лирическим уклоном» (таков подзаголовок) следует трактовать в аллегорическом смысле, то ошиблись. В прологе приведена подробная родословная главного героя, восходящая прямиком к Остапу Бендеру и мадам Грицацуевой. Это огорчает. Ведь если до сих пор считалось, что природа отдыхает на детях гениев, то теперь приходится признать, что она отдыхает и на внуках тоже.

Внук Эдуард не унаследовал от Остапа Ибрагимовича ни обаяния, ни остроумия, ни творческого размаха, ни философского отношения к ударам судьбы. Он, правда, тоже жулик, но в лучшем случае уровня Шуры Балаганова. Хотя по своим жульническим делам сталкивается даже с премьер-министрами, что его дедушке и не снилось.

Охотно верю, что Казби Ассу часто приходилось общаться с министрами. Вовсе не исключено, что и министры, и капиталисты, и народные артисты, и простые граждане, как это показано в романе «с лирическим уклоном», представляют собой мелкотравчатое жульё. И все поголовно мечтают хоть как-нибудь — на десять ли евро, на десять ли миллионов — кинуть ближнего, выпить и закусить на халяву и опять же на халяву перепихнуться с глупыми красотками. Сомневаюсь, однако, что этими не особенно похвальными, но, увы, вполне естественными инстинктами исчерпывается внутренняя жизнь наших современников. Помнится, Остап Ибрагимович жил в мире куда более сложном.

В романах Ильфа и Петрова даже самые неприятные из персонажей — Киса или Корейко — порой не чужды идеализма. А сам Остап Ибрагимович к концу дилогии превращается чуть ли не в диссидентствующего интеллигента. Внук же его и сам инфузория, и живет в лужице, населенной инфузориями и амебами. Их приключения — слишком уж одноклеточные. В них нельзя ни поверить, ни тем более посочувствовать. Не хочется даже вникать в то, из-за чего они все суетятся, какие амёбные проблемы решают, и кто кого кидает. Роман «с лирическим уклоном» лишен не только лирики, но и связного сюжета. Конечно, любой плутовской роман — прежде всего набор фельетонов, формально связанных авантюрной фабулой. Но формально — не значит халтурно. Читателю помимо всего прочего интересно — найдет ли Бендер тот самый стул, женится ли он на Зосе Синицкой и вытащит ли Корейко тарелочку с голубой каёмочкой. Казби Асс не только не смог придумать интересную историю, но и рассказать её на языке современности, время действия романа — 2009 год. Далеко не безупречные в стилистическом отношении романы Ильфа и Петрова, тем не менее, сыграли весьма значительную роль в формировании литературного (да и разговорного) языка советской эпохи. На языке книжки Казби Асса, усреднённой ископаемой рептилии семидесятых, никто, кроме как в газетных фельетонах, не изъяснялся.

Наверное, не стоило сравнивать книжку Казби Асса с романами Ильфа и Петрова, если бы она не давала универсальный ответ на вопрос, почему произведения «традиционной», так сказать, казахстанской литературы современному читателю не нужны.

В семидесятые годы в Алма-Ате довольно плодотворно (в количественном смысле) издавала свои произведения группа так называемых писателей-сатириков — Эд. Медведкин, Раф. Соколовский, Юрий Тарасов, упоминавшийся выше Казбек Исмагилов. Так называемых, потому что в ту пору государственная идеология оставляла для сатиры очень небольшое поле — сантехники, управдомы, продавцы и завскладами, абстрактные бюрократы рангом примерно с директора химчистки… Тем не менее и такое примитивное зубоскальство было востребовано читателем, в том числе массовым, не избалованным ни «камеди-клабами», ни прочей ТВ-самодеятельностью. Интеллигенция же умудрялась даже в сатире на сантехников усматривать критику социалистического способа производства. Поэтому можно было не заботиться ни о связности сюжета, ни о языке, ни о психологической проработке характеров. Квазиюмористические и квазисатирические книжки всё равно неплохо продавались. Пипл и так хавал. Теперь он хавает КВНы, «рашу» и «казашу». Интеллектуалы спасаются от этого кошмара в Интернете, а литработники механически заменили в своих писаниях сантехников на министров, а базарных спекулянтов — на капиталистов, оставив нехитрые фельетонные приёмчики, когда-то гарантировавшие успех. Между тем окружающая нас родная суверенная действительность открывает неограниченные возможности для плутовского, авантюрного романа, для сатиры самого разного рода, и социальной, и политической. Цензурный пресс в книгоиздательском деле ещё не так ощутим, как в СМИ, так что коридор для литманевров пока довольно широк. Но для того, чтобы создать такой плутовской роман, нужно уметь, как говорил Блок, «слушать музыку» нового времени. А что услышал уважаемый Казби Асс? Что все любят халявный выпивон, закусон и перепихон? Что один известный народный артист занимается той-бизнесом, а некий член правительства носит тесные ботинки и содержит любовницу? Да стоит ли ради подобных откровений бумагу переводить?

Можно сколько угодно бранить практически разучившееся читать молодое поколение. Но прежде не мешало бы предложить ему что-то взамен. Что-то адекватное эпохе — не её товарным брендам вроде шампанского «Кристалл Магнум», а её духу. В карете прошлого далеко не уедешь, даже если она с виду и похожа на супернавороченный «Хаммер».

Статьи на тему: «Литература»