Правила литературного этикета - здесь и сейчас

Культура
Москва, 04.06.2001
«Эксперт Северо-Запад» №10 (39)

В начале июня в Петербурге, уже в седьмой раз, будет вручаться литературная премия "Северная Пальмира". День рождения Пушкина, к которому приурочено это событие, не случаен: "Северная Пальмира", важнейший инструмент в конструировании постсоветского канона, таким образом заявляет свою основную функцию - санкционировать приобщение того или иного литературного явления к великой национальной традиции.

В каком-то смысле это возврат в литературную ситуацию XX века, когда подобные премии призваны были конструировать литературный ландшафт. Самой провальной из предшествующих литературных премий оказалась Ленинская: она пыталась выполнить роль искусственной почки для впавшей в кому соцреалистической эстетики. Сталинская премия, как это ни дико выговаривать, была прогрессивнее, поскольку ориентировалась на сегодняшний, а не вчерашний день.

Каковы же нынешние правила игры?

Место Маяковского и Горького в современном контексте заняли Бродский и Довлатов. Регулярный, богатый культурными реминисценциями, стих и сюжетная, с сильным сатирическим элементом, эмоциональная проза. Кто более всего удовлетворял этим требованиям? Конечно, Александр Кушнер и Андрей Битов. Они и стали первыми лауреатами и моделями дальнейшего присуждения "Пальмиры". Дальше были лишь вариации на эту тему: или более строгого, или более эскизного письма, в диапазоне от Владимира Дроздова до Елены Шварц и от Александра Володина до Валерия Попова. Третья номинация, за критику, вручалась идеологам мэйнстрима (как, например, жена Кушнера Елена Невзглядова или редактор отдела поэзии "Звезды" Алексей Пурин), четвертая, за вклад в издательское дело, - его издателям (тот же "Пушкинский фонд").

Городские скандалисты и паяцы от критики специализировались на обливании "Пальмиры" обвинениями в круговой поруке и т. п.: все это глубокая неправда. Дело в другом, в действительной, в том числе и человеческой, солидарности людей, исповедующих общие ценности. В неприемлемости в их кругу стратегии скандала, в общей атмосфере хорошего тона, увы, подморозившего и без того холодный темперамент катастрофически стареющей петербургской литературы.

Как бы ни разводили эти ценности русскую литературу с доминирующей европейской традицией высокого модерна, это - честная и последовательная позиция. Исходя из нее, а не из "теорий заговоров", будем ожидать и решение жюри этого года.

Итак, в номинации "поэзия" в шорт-лист вышли книги Виктора Сосноры (1936) "Флейты и прозаизмы", Владимира Гандельсмана (1948) "Тихое пальто" и Бориса Рыжего (1974-2001) "И всё такое..." (Все три - издательство "Пушкинский фонд").

У всех трех книг примерно равные шансы. Соснора - признанный живой классик, звезда 1960-х, влияние которого на последнее дееспособное петербургское поэтическое поколение (1980-х) пожалуй даже превосходит влияние Бродского. Хотя, с другой стороны, вернувшийся после двадцатилетнего молчание к стихам, Соснора излишне авангарден, излишне герметичен, шокирующ. Эмигрировавший в США Гандельсман, казалось бы, несравнимо менее ярок, (хотя и никоим образом не вторичен), но из троих претендентов никто так не выражает мэйнстрим (и по-человечески тоже), как он. Не удивит нас и премия, присужденная екатеринбуржцу Борису Рыжему. Он успел попасть в шорт-лист еще при своей короткой жизни (кстати, уже получив поощрительный приз "Антибукера"). Вообще-то в современной России 25-летних не замечают. Рыжему же удалось выразить в своих непричесанных стихах нечто такое, что было оценено именно тем поколением, которое формирует жюри. По-человечески будут понятны и чувства, вызванные его нелепой гибелью в лермонтовском возрасте. И все же, кажется, можно прогнозировать Гандельсмана.

С прозой сложнее: дело в том, что никто не знает, что такое проза сейчас. Так, премия Андрея Белого в соответствующей номинации уже второй год вручается за произведения, которые традиционным литературным сообществом вообще не легитимируются в качестве таковой ("Записи и выписки" филолога академика Гаспарова и "Вспомнишь странного человека" философа Пятигорского). Предложенные нам произведения Елены Чижовой, Владимира Шинкарева и Владимира Новикова ничего нового не открывают, но мы бы поставили на Новикова, как на наименее профессионального, то есть наименее "записавшегося" (он - критик).

Номинацию "критика" оспаривают книги Арлена Блюма "Советская цензура в эпоху тотального террора" (издательство "Академический проект"), искусствоведа Михаила Германа "Сложное прошедшее" (издательство "Искусство") и известного перестроечного публициста и критика Наталии Ивановой "Борис Пастернак: участь и предназначение" (издательство "Блиц"). Думаем, больше шансов - у последней.

Ну, и четвертую номинацию получит одно из трех петербургских издательств: "Азбука", "Амфора" или "Блиц". Будем надеяться на политическую мудрость жюри: два первых, деятельность которых носит вполне коммерческий характер, "уже получили награду свою".

Санкт-Петербург

У партнеров

    «Эксперт Северо-Запад»
    №10 (39) 4 июня 2001
    Санкт-Петербург - 2003: Навстречу юбилею
    Содержание:
    Реклама