Приобрести месячную подписку всего за 350 рублей
Самое интересное за месяц с комментариями шеф-редактора. То, что нельзя пропустить!

Культура

Парадоксы "газаневщины"

2004

Любые объяснения не покроют целиком уникального в истории искусств факта - массовой поддержки элитарного, лабораторного, нонконформистского искусства в России в 70-х годах ХХ века

Поначалу видишь первый парадокс "газаневщины". Новое искусство всегда вызывало и вызывает неприятие и насмешки мещан, зрителей, далеких от специфических проблем художников. Но чтобы с новым искусством принялась бороться тайная полиция? Именно это и происходило на рубеже 60-70-х годов в СССР вообще, и в Ленинграде в частности, когда группе "левых" художников удалось добиться проведения официальной выставки в ДК имени Газа (22-25 декабря 1974 года), а спустя год - в ДК Невского завода. Что за дело тайной полиции до странной живописи нескольких молодых людей?

Тогда обнаруживается другой парадокс, куда более глубокий, но - ей-ей - многое объясняющий. Неприязнь широкой массовой публики к художникам-нонконформистам была бы понятнее борьбы с ними контрразведки. Но вот этой-то самой неприязни и не было!

Фестиваль

Более того, по прошествии 30 лет становится ощутима та самая приязнь публики, что так поразила чекистов и партийное начальство. В Петербурге, с 6 по 20 ноября в выставочных залах Манежа и на Пушкинской, 10 проходил Фестиваль независимого искусства, посвященный 30-летию выставки нонконформистского искусства в ДК имени Газа. На первом этаже Манежа были вывешены работы современных художников-нонконформистов, связанных с арт-центром на Пушкинской, 10; на втором этаже - работы "газаневцев" - нынешние и тогдашние.

Обычно на выставках не так уж много народу, особенно если они нонконформистские, однако здесь было немало посетителей - постаревшие интеллигенты, те самые, что в молодости стояли в очередях на авангардистское искусство. Это и есть главный парадокс "газаневщины". Нонконформистское искусство на то и нонконформистское, чтобы эпатировать массового зрителя. После того как в Москве бульдозерами была разогнана авангардистская выставка под открытым небом, нонконформистам Питера позволили выставить полотна на несколько дней, потому что были уверены: зрители будут, мягко говоря, разочарованы.

Зрители

Как вдруг... Километровые очереди на морозе, пробег вдоль всей экспозиции и - никакого гнева и раздражения. То есть были, конечно, ругательные отзывы, но большинство - радо и благодарно! Все дни до 25 декабря очередь не становилась меньше. На выставках любых новаторов, будь то импрессионисты, кубисты, "фовисты", "бубнововалетцы" или "ослинохвостцы", - свист и улюлюканье публики, а тут... массовая поддержка элитарного, экспериментального искусства!

Этому парадоксу можно найти массу объяснений. Ну, скажем так: когда на всех полотнах - ползучий реализм, сталевары, линии электропередач или улыбающиеся новоселы, то глаз успокоится хоть на скоплении цветовых пятен, в центре которых приляпана повестка из милиции (композиция Игоря Синявина "Штраф по-советски"). Можно и так: когда нет новостей, когда жизнь стерильна, тогда почувствуешь симпатию к ребятам, которые разносят преснятину вдребезги хотя бы на холстах. А еще такое объяснение: если и вовсе нет политической свободы, то оппозиционность может выплеснуться эстетическим образом. За поход на политическую манифестацию в условиях тоталитаризма - наказание суровейшее; так вот вам - мы крамольные картины пойдем смотреть.

Но любые объяснения не покроют целиком уникального в истории искусств факта - массовой поддержки элитарного, лабораторного, нонконформистского искусства в России в 70-х годах ХХ века. "Газаневщина" - это ведь не только художники, но и зрители. Средний советский интеллигент, который спустя много лет сам себя обозвал "совком".

Представьте: мороз за двадцать, но, чтобы полюбоваться абстрактными композициями, сюрреалистическими картинами, столкновением и смешением красок, вы претесь к черту на кулички ни свет ни заря и становитесь в километровую очередь... Какой Оскар Уайльд выстоит много часов на морозе, чтобы увидеть маленькую картинку Николая Сажина "Лестница" - морской конек, взмывший под потолок, с удивлением глядит на винтовую лестницу? Какой Бенуа протиснется сквозь кордон милиционеров, чтобы оценить по достоинству "ню" Анатолия Басина? Какой Рёскин в толпе таких же эстетов рискнет здоровьем, чтобы остановиться перед гравюрой Алека Рапопорта "Без названия", то бишь "Воскресение"? Ангелы, поджав ноги, сидят на краю гробницы, из которой, как ракета, взмывает вверх Христос, а может Он вырастает, словно дерево, - восприятие зависит от темперамента зрителя... Отморозить уши и оттоптать ноги, чтобы предаться таким изыскам? На такое способен только "совок", привыкший к очередям.

Художники

Но это только одна сторона парадокса "газаневщины", другая - не менее удивительна. Она касается уже художников. Художники и артисты - народ неуправляемый, нервный, индивидуалистичный, особенно если речь идет о нонконформистах, рискующих искажать действительность. Нервы любого художника - инструмент. Они для того и натянуты, чтобы реагировать на все колебания-изменения внешней среды. В разведку с художниками лучше не ходить, в подполье - тоже. А если художник еще к тому же рисует в коммуналке, рискуя навлечь на себя гнев соседей; если ему не продать картины; если то, чем он занимается, полузапрещено или вовсе запрещено, то бери его голыми руками!

Расчет оказался верен: государственная машина раздавит любого человека, но краткий миг ее замешательства невозможно не отметить с чувством глубокого удовлетворения. С 1974 (выставка в ДК Газа) по 1976 год (гибель одного из организаторов выставки художника Евгения Рухина) что-то застопорилось в отлаженном механизме. Застопорилось по удивительной, право, причине: все эти патлатые нонконформисты оказались совсем не такими психованными тюхами-матюхами, как могло показаться. Нельзя сказать, что их не удалось рассеять и разогнать - кого в эмиграцию, а кого и в тюрьму, но для всего этого пришлось применить меры силового воздействия. Была и такая: Юрию Жарких, художнику, создателю Товарищества экспериментальных выставок, сыпанули в тапки какой-то гадости - иприт, что ли? В результате сильнейший ожог ступней... Мощная у нас все-таки контрразведка...

Если применяются такие меры, это означает, что ребята... удивили сплоченностью и чувством локтя, странной для нервных индивидуалистов храбростью. С чего бы? В кого бы? Компании неофициальных художников существовали и до "газаневцев", и не то чтобы в этих компаниях были робкие ребята, но чтобы собраться такой компанией, чтобы пойти вот на такую "протырку"? Такого не было.

Объяснение этому феномену дал поэт Виктор Кривулин: "Осенью 1975 года во время выставки в ДК "Невский" мы распространили среди ее участников - художников-нонконформистов - анкету, неожиданно прояснившую многое. Обнаружилась почва, откуда произрастали творцы нового искусства: из 70 опрошенных 62 художника выросли в семьях профессиональных военных..."

Это ведь были военные, воевавшие с германским фашизмом; видимо, каким-то вещам они обучили своих детей. Иначе бы их дети не простояли под так хорошо рявкавшей пушкой. Да не просто простояли, создали прецедент! Уже потом, после того как многие из них эмигрировали на Запад, начались выставки новых нонконформистов в ДК имени Кирова, с 1982 по 1989 год; потом возникли "митьки", но всего этого не было бы, если бы не "газаневщина".

Остроугольный парадокс получается, верно? Зрители вместо того, чтобы освистывать новое, непривычное, элитарное, его приветствуют. Контрразведчики, вместо того чтобы ловить шпионов, охотятся за художниками. И художники, вместо того чтобы струхнуть и сдать назад, столкнувшись с жандармами, прут вперед. Хочется как-то "закруглить" этот парадокс. А как его "закруглишь"? Тут всю нашу историю надо "закруглять". Екатерина II писала Вольтеру: "С детства я не люблю острых углов и ломаных линий. Я люблю овал, изогнутость, волну". Спустя столетие ей ответил Павел Коган: "Я с детства не любил овал. Я с детства угол рисовал..." И вот - результат! Екатерина удачно вписалась в нашу остроугольную конструкцию: 30 лет на троне, а Павел Коган убит в 23.

Два художника

Помня об этом, я приступил с расспросами к двум художникам из "газаневщины". На фестиваль приехали многие "газаневцы" из Франции, Америки, Израиля, Италии, а те, кто остался в Питере, - просто пришли. Я побеседовал с эмигрантом Анатолием Басиным и оставшимся здесь, загремевшим на шесть лет в 1976 году, занимавшимся в годы перестройки, да и сейчас занимающимся, политикой Юлием Рыбаковым. Они совсем разные - политизированный сюрреалист Рыбаков и аполитичный фовист Басин. Но есть нечто, что их сближает, как, впрочем, и всех "газаневцев", - душа и свобода.

Анатолий Басин, учившийся у замечательного педагога и художника Осипа Сидлина, эмигрировал в Израиль, там издал книгу о "газаневщине". В этом году она была переиздана и продавалась в Манеже.

Речь у нас зашла об учителе Басина, Осипе Сидлине. "Он нас никак особенно не учил. Два раза в неделю мы собирались у него, трепались, рисовали. Он иногда подходил и показывал, как надо, чтобы соединились краски на холсте, чтобы правильно зазвучали, что ли. Он говорил, что есть честная грязь. Не надо бояться грязноватых, серых красок, надо их так соединять, чтобы они светились. Теперь, если подходишь к не очень удачной работе, сразу видишь: Сидлин что-то такое бы сделал и холст бы засветился, но этого не объяснишь так просто". Я спросил художника о его картине "Обнаженная". "А я пальцами ее рисовал. Я уже давно стал рисовать пальцами, - Басин показал подушечки пальцев, на них кое-где слезла кожа. - Сейчас отмылась краска, а так... Если рисуешь пальцами, краска лучше ложится - у меня, по крайней мере. И не изменяется со временем, такой и остается, какой ее нанес..."

У Юлия Рыбакова я спросил про эпизод, описанный в книге "Газаневщина": "В начале августа 76-го на стенах Петропавловки, на ограждении подземного перехода напротив Гостиного и даже на заднице Геракла в Александровском саду появились надписи антисоветского содержания. На Петропавловке несмываемой краской было начертано "КПСС - враг народа". Как впоследствии выяснилось, надписи с помощью пульверизаторов сделали художники Юлий Рыбаков и Олег Волков, которые за это отсидели соответственно 6 и 7 лет..."

"Все было немного не так, - объяснил Рыбаков. - На стене Петропавловки мы ночью написали - только не с помощью пульверизатора, а с помощью валиков: "Вы распинаете свободу, но душа человека не знает оков". 42 метра в длину - метр в высоту. Ее довольно долго было видно. Дело в том, что было небольшое наводнение, и к надписи было не так просто подобраться. Вода плескалась у самых стен Петропавловки. Чекисты подплыли на катере, вылезли в воду в болотных сапогах, пытались закрыть надпись длинными досками, похожими на крышки гробов.

Это было связано с гибелью Жени Рухина. После того как мы не добились разрешения на еще одну выставку, Женя при невыясненных обстоятельствах сгорел в мастерской. Вот после этого мы и решили провести выставку под открытым небом. Не даете помещения - мы просто выставим свои холсты на улице. Предварительно отправили письмо в Управление культуры. В тот день, когда мы собирались нести холсты в Петропавловку, всех, кто выходил из дому с чем-то похожим на холст, забирали в "воронки", отвозили в участок. Несколько студентов-архитекторов так попались. Тогда мы решили устроить выставку без выставки. Просто показать тех, кто не дает нам показать свои работы.

Назначили день выставки. Отправили новое письмо в Управление культуры. В этот день пришли в Петропавловку без картин. А там - милиции нагнали, дружинников, даже милицейские катера по Неве и каналу барражировали. Люди оглядываются: что случилось? А нам что? Уселись в кружок, сидим, разговариваем. Кое-кого из нас пытались не пустить на улицу и без холстов. Юлию Вознесенскую, например. Она вышла на лестницу, а там - три амбала. "Вернитесь в квартиру, иначе будут серьезные неприятности". Она вернулась, но до того разозлилась, что спустилась вниз по водосточной трубе. Весь живот ободрала. Вот после всех этих событий мы с Олегом Волковым и решили написать на Петропавловке текст про душу и свободу..."

«Эксперт Северо-Запад» №44 (201)
Подписаться на «Эксперт» в Telegram



    Реклама




    Когда безопасность важнее цены

    Экономия на закупках кабельно-проводниковой продукции и «русский авось» может сделать промобъекты опасными. Проблему необходимо решать уже сейчас, пока модернизация по «списку Белоусова» не набрала обороты.

    Новый взгляд на инвестиции в ИТ: как сэкономить на обслуживании SAP HANA

    Экономика заставляет пристальнее взглянуть на инвестиции в ИТ и причесать раздутые расходы. Начнем с SAP HANA? Рассказываем о возможностях сэкономить.

    Аквапарк на Сахалине: уникальный, всесезонный, олимпийский

    Уникальный водно-оздоровительный комплекс на Сахалине ждет гостей и управляющую компанию

    Армения для малых и средних экспортеров

    С 22 по 24 октября Ассоциация малых и средних экспортеров организует масштабную бизнес-миссию экспортеров из 7 российских регионов в Армению. В программе – прямые В2В переговоры и участие в «Евразийской неделе».


    Реклама