Прощание с идеологией кризиса

Спецвыпуск
Москва, 06.11.2006
«Эксперт Северо-Запад» №41 (295)
Правительство Коми заявляет о новой фазе своей инвестиционной политики

Последние месяцы уходящего года отмечены в Республике Коми несколькими важными событиями и процессами. Буквально на днях уже во второй раз не состоялся аукцион по продаже контрольного пакета ОАО «Интинская угольная компания» («Интауголь»), принадлежащего Российской Федерации, а значит, вновь встает вопрос о будущем этого единственного в стране неприватизированного угольного предприятия. К проекту строительства железной дороги Архангельск – Сыктывкар – Пермь (проект «Белкомур») проявила неподдельный интерес администрация Пермского края, что с учетом экономического и политического веса этого региона способно вывести проект из нынешнего полуживого состояния. Правительство Коми объявило о планах акционирования ряда своих унитарных предприятий, в том числе довольно успешных, играющих важную роль в экономике и социальной сфере республики. Наконец, правительство региона намерено обнародовать новые концепции развития здравоохранения и сельского хозяйства в свете аналогичных национальных проектов.

Об этих проектах и об изменениях республиканской экономической политики корреспондент «Эксперта С-З» беседует с первым заместителем главы Республики Коми Павлом Ордой. Разговор начался с Инты.

– И вы, и многие члены правительства Коми заявляли, что не питают иллюзий относительно результатов аукциона по «Интауглю»: покупателя не будет, и компания обречена на банкротство с последующей реструктуризацией. Что именно под этим подразумевается?

– В том состоянии, в котором находится «Интауголь», и с тем качеством запасов угля выставляемый пакет действительно никому не нужен. Купить его за тридцать с небольшим миллионов рублей труда не составляет, но с этим пакетом ты немедленно получаешь долгов на пять с лишним миллиардов и сразу слышишь топот сапог судебных приставов и налоговой инспекции. Но еще со времен существования межведомственной комиссии по реструктуризации остался порядок, при котором надо трижды выставить близкую к банкротству компанию на торги и только потом можно приступать к ее настоящей реструктуризации. Федералы настояли, чтобы этот порядок сохранился.

Сейчас, если вывести за скобки эти долги, текущая работа предприятия безубыточна. Однако зарабатывает оно не так много, чтобы «Северсталь», управляющая «Интауглем» и предлагающая ему достаточно серьезную программу реноваций и технической реконструкции, занималась еще и долгами. У нас есть свой план реструктуризации, который был написан, вообще говоря, довольно давно. Часть его мы уже выполнили с точки зрения повышения производительности труда и оптимизации трудовых ресурсов (имеется в виду закрытие сочтенных нерентабельными шахт «Западная» и «Капитальная». – «Эксперт С-З»). Вторая часть этого плана заключается в следующем: мы отделяем долги от нормально работающего предприятия. При этом правительство республики не претендует ни на какие его акции и даже готово подарить их федеральным властям. У предприятия будет 10 лет спокойной и плавной работы в качестве серьезной площадки для выработки планов дальнейшего развития.

Павел Орда: «Мы набрали солидный опыт в сфере антикризисного управления. Но кризис закончился, нужны новые инвестиционные подходы, новые механизмы привлечения и вложения денег»

Да, качество интинского угля оставляет желать лучшего. Но в 150 км от Инты есть Сейдинское угольное месторождение. Мы все прекрасно понимаем, что больше никто никаких новых городов для освоения подобных месторождений строить не будет и Инта в этих условиях станет отличной базой для вахтовой работы. Точно так же будет осваиваться из Воркуты Усинское угольное месторождение, находящееся в 70 км от города. Остальные объявляемые планы, по моему глубокому убеждению, могут быть связаны только с рейдерским захватом «Интаугля».

– В каком смысле рейдерским?

– Это когда кто-то приобретает «Интауголь», несмотря ни на какие долги, начинает играть с приставами месяц-другой, успевает поторговать за это время углем миллиона на три долларов, получает великолепную рентабельность операций, но затем – убитый город и федеральный розыск. Я надеюсь, что нам удастся убедить Министерство промышленности и энергетики России в полезности наших планов.

– У интинского угля есть рынок?

– Есть. Но его экономика не такая сладкая, как это могло представляться ранее. Пусть интинское угледобывающее предприятие поработает 10 лет, а это уже тот срок, за который можно осмотреться и либо принять инвестиционное решение, либо цивилизованным образом переселить людей и найти им работу.

– В комментариях к предстоящему слиянию «Русала», «СУАЛа» и Glencore тема проекта «Коми Алюминий» звучала несколько скупо. Каковы ваши последние оперативные сведения о состоянии этого проекта?

  Фото — Юрий Осетров
Фото — Юрий Осетров

– Я хотел бы заметить, что именно благодаря «Коми Алюминию» на свет появилась идея о слиянии. Когда начались переговоры о совместном участии «СУАЛа» и «Русала» в «Коми Алюминии», мало кто верил, что вообще возможны какие-либо договоренности; ну, может быть, за исключением Кремера (совладелец «СУАЛа», генеральный директор ЗАО «Коми Алюминий». – «Эксперт С-З») и Булыгина (генеральный директор «Русала» и будущей объединенной компании. – «Эксперт С-З»). А люди научились на этом проекте договариваться, и у них возникла мысль о чем-то более крупном…

Реализация проекта – в части предстоящего строительства глиноземного комбината под Сосногорском – продолжается. Мы уже всерьез обсуждаем вопрос строительства нового жилья в Сосногорске и привлечения специалистов, смотрим, где и как можем помочь инвестору насчет инфраструктуры. Единственная проблема, которая еще существует, – получение для будущего комбината дополнительных лимитов газа. Есть проект ее решения, надеюсь, что до конца года нам удастся договориться. И тогда останутся вопросы уровня «какой стороной класть кирпич на фундамент».

– К продвижению проекта «Белкомур» подключился губернатор Пермского края Олег Чиркунов. Но по-прежнему не слышно об оптимистической оценке проекта со стороны Российских железных дорог. Хватит ли у двух регионов лоббистского потенциала, чтобы такого оптимизма прибавилось?

– Решение по «Белкомуру» может приниматься либо в рамках РЖД, либо в рамках открытого акционерного общества, вне зависимости, сколько в нем государственного капитала. Опыт общения с международными финансовыми институтами уже есть. Мне, например, было понятно, что в будущем году нужно договориться с указанными институтами о кредитовании проекта в его северной части на 10-15 лет под гарантии правительства Коми. Северная часть – это Архангельск – Сыктывкар. На эту часть есть готовая техническая документация, и я совершенно уверен, что проект окупаем, потому что он переделан по сравнению с первоначальным вариантом. Вначале «Белкомур» проектировался как советская железная дорога – с многочисленными развязками, железнодорожными поселками, чуть ли не городами, – что экономику проекта, безусловно, не улучшает. Мы потратили определенную сумму, чтобы очистить его от этих «отягчающих обстоятельств» и вывели, что при существующих тарифах проект окупается за семь лет.

Но совершенно неожиданно проектом заинтересовался и Пермский край. Это приятно. Руководство края понимает, что без серьезных инфраструктурных проектов невозможно вытянуть Коми-Пермяцкий округ. Меня удивило, зачем вместо железной дороги они в свое время под объединение с округом выпросили простую шоссейную: сейчас все коми-пермяки с радостью бы работали на прокладке железной дороги, то есть на свою будущую жизнь…

Учитывая все эти обстоятельства, мы очень рассчитываем помимо средств Мирового банка или, допустим, ЕБРР воспользоваться средствами Инвестиционного фонда правительства России. Все названные мною структуры готовы дать денег. Но они ищут проекты. Мы им проект дадим.

– Как реализуются в Коми национальные проекты?

– Неожиданно для меня наиболее осмысленно реализуется проект «Здравоохранение». Ведомство Зурабова старается решать все проблемы сравнительно оперативно, досконально, и, надо сказать, они довольно часто прислушиваются к нашим замечаниям. На втором месте – «Образование», хотя этот проект для меня, признаться, несколько размыт. Нет четких критериев определения, например, талантливых учеников, стимулирования учителей, у которых вроде и впрямь официальные доходы небольшие…

Сложнее – особенно в условиях Крайнего Севера – идет проект «Сельское хозяйство». Мы для себя разбиваем его на две части. Первая – это строительство крупных предприятий, агрофабрик. Вторая – это кредитование фермерских и коллективных хозяйств. Первая часть нам неинтересна. Ибо что такое современная крупная ферма? Это вложенные 5-10 млн долларов и человек 50 работающих. Но в наших краях проблема не в том, что мы не производим сельскохозяйственную продукцию: мы не голодаем. Мы – не Кубань, не житница России. А наши огромные животноводческие комплексы – это по большому счету и не село вовсе. Той же птицефабрике «Зеленецкая» (крупнейшая птицефабрика Коми. – «Эксперт С-З») наши дотации ни к чему, она и без того свои 3 млн долларов чистой прибыли каждый год показывает.

Наши кредиты и дотации – для глухой деревни. То есть это вложения в сельскую занятость и образ жизни. Причем дотации за конечный продукт. Еще несколько лет назад в республике была странная система платы за отдельные сельскохозяйственные действия – за то, что вот тут опустили плуг на землю, вот тут внесли удобрения, вот тут кто-то подошел к корове, тут кто-то решил купить ей корм… За урожай и надои не платил никто. Мы поменяли концепцию, сказав: платим за конечный продукт – за килограмм мяса, за десяток яиц, за литр молока. Наши планы были – открыть 50-100 приемных пунктов. На сегодняшний день открыто 64, охватывающих 117 поселений. Первичная сеть стимулирования сельского труда появилась. Ее можно использовать и дальше, выдавая, например, животных на откорм…

Самая грустная ситуация, конечно, с жильем. Ведь прежде чем начинать какой-нибудь проект, надо определить для себя его правовую базу. В применении к жилью это выглядит следующим образом. Должен быть принят градостроительный план того же, допустим, Сыктывкара, на что будет потрачено года полтора и существенная сумма денег, учитывая, что институтов, способных его разработать, в России раз-два и обчелся. Затем, согласно градостроительному плану, надо определить участки массовой застройки жилья, выставить их на аукцион, провести, подписать, зарегистрировать – еще полгода. То есть, по всем расчетам, строить жилье мы должны не менее чем два года.

Отвести участки прямо сейчас – не проблема. Проблема в том, что завтра же на них явится прокуратура в поисках коррупции. Значит, если мы хотим действительно в короткие сроки дать людям дешевое жилье, надо садиться на этом берегу и договариваться об изменении правил игры. Потому что, как вы видите, механизм ипотеки уже замечательно начал работать и кредиты разгоняют цены бешеными темпами. Если мы не противопоставим им таких же темпов строительства жилья, оно неизбежно будет дорожать. Противопоставим – по крайней мере стабилизируется. Про обратный процесс, конечно, никто уже не говорит…

– Вы упомянули успешно работающую птицефабрику «Зеленецкая». Она, а также ряд других вполне успешных республиканских ГУПов, включая Сыктывкарский ликероводочный завод, решением правительства Коми должны быть до конца года приватизированы…

– Уточню: преобразованы в открытые АО со стопроцентным государственным капиталом. Тем самым мы наконец приводим положение дел в соответствие с действующим законодательством, по которому, ГУПы создаются только в том случае, если иная форма собственности для решения возложенных на них задач невозможна. К птицеводству и производству алкоголя это, кажется, не относится.

– Само слово «приватизация» оставило у населения страны вполне определенный психологический след. Все-таки «Зеленецкая» и Сыктывкарский ЛВЗ включены в документ, называющийся «Прогнозный план приватизации»…

– Чтобы предприятие обрело новую перспективу развития, в него нужно вкладывать средства, что можно сделать тремя способами. В случае с ГУПом – выделить деньги из бюджета, хотя, согласитесь, у бюджета всегда найдется на что их потратить. Второй вариант – работать как обычное предприятие, привлекая заемные ресурсы – кредитами, выпуском облигаций, – создавая бизнес-планы, приглашая финансовых инвесторов. Это уже как минимум не ГУП. Третий путь – продать предприятие или его часть инвестору. Но прежде чем сказать «б» – привлечь инвестиции, надо сказать «а» – акционироваться.

– И как сложится дальнейшая судьба акционируемых предприятий?

– Это очень сложный процесс. Кроме денег нужно еще понять, что же действительно намерен предпринять инвестор. У тех же северных ликероводочных заводов в отдаленной перспективе – лет на десять – жизни нет. Сколько стоит привезти сюда бутылку, крышку, спирт и разлить его, платя людям северные коэффициенты, а зимой тратя дополнительные деньги на обогрев помещения? А сколько стоит просто привезти сюда бутылку водки? Поэтому прежде чем выставлять что-то на продажу, надо действительно продумать такую осмысленную конструкцию, чтобы новые АО не умерли раньше времени. Не идет речи о том, что завтра же мы все продадим. Отнюдь нет. Но тратить бюджетные деньги на такую стабилизацию – это, я считаю, просто идеологически неправильно.

Мы все прошли через ту приватизацию, когда делились крупные куски, и фактически в условиях войн научились хорошо махать кнутом. Но то был кризисный период. Сейчас мы переходим в сектор средних предприятий, и тут уже нужен пряник, совершенно новые методы работы по созданию таких условий, чтобы люди сюда пришли и принесли деньги.

Это, кстати, касается не только акционируемых предприятий. Я вижу следующий год довольно тяжелым, в том смысле что придется воспитывать всю систему исполнительной власти республики в русле изменения подходов к инвестиционной политике. У нас сложилась неплохая команда людей и набор действий, связанных с антикризисным управлением. Но вот уже год Владимир Александрович (Торлопов, глава Республики Коми. – «Эксперт С-З») пытается вдолбить всем чиновникам: ребята, мы прошли кризис, мы вовремя платим людям зарплату. Нам надо грамотно осваивать бюджет и придумывать новые механизмы привлечения и вложения денег. Вы не поверите: это жутко тяжелое дело – перестроить мозги с идеологии последних 15 лет («урвать себе две копейки») на нормальный план-график. Да на тебе твои две копейки! Я тебе в несколько тысяч раз больше дам и республика еще займет, у нее сейчас хороший рейтинг. Но ты мне докажи, что сможешь распорядиться ими эффективнее своего коллеги. Этому всему еще надо учиться.

Сыктывкар

У партнеров

    «Эксперт Северо-Запад»
    №41 (295) 6 ноября 2006
    Битва за урожай
    Содержание:
    Былинка на ветру

    Нынешний неурожай выявил пороки российского сельского хозяйства – отсутствие в этой сфере принятой в мире системы управления рисками и малоквалифицированный менеджмент

    Международный бизнес
    Культура
    Пятый угол
    Реклама