Каменный век Заонежья5

• Наталья Владимирская

Добыча и переработка шунгита объявлена в Карелии одним из наиболее перспективных направлений горно-промышленного комплекса. Этот угольно-черный камень, получивший название от заонежского села Шуньга, все более востребован промышленностью. Кроме того, ему приписывают лечебные свойства. Одним словом, сейчас он в моде. Однако местный общественный настрой далек от благостного. Вокруг добычи модного полезного ископаемого – а в Заонежье находится единственное в мире месторождение шунгита – кипит дискуссия на тему, что приобретут Карелия и Заонежье в результате разработок шунгитовых месторождений и что потеряют. Позиции сторон, как водится, бескомпромиссны. «Выгода будет мизерной, а потери невосполнимы, – считают одни. – Нужно спасать уникальный край, его самобытную природу и культуру». «Нет, нужно спасать местных жителей от безработицы и пьянства», – возражают другие.

Полуостров невезения

Залежи ценного камня располагаются на полуострове, который всегда считался житницей и хранителем традиций Русского Севера. Речь о Заонежье – уникальной по своим природным и этнокультурным характеристикам территории. Здесь особый микроклимат: летом полуостров получает столько же тепла, сколько местности на широте Курска и Орла, так что не случайно это единственное место на Русском Севере, где когда-то выращивали пшеницу.

Население Заонежья отличалось самобытной культурой и развитым самосознанием. Среди достижений заонежцев – высочайший уровень деревянного зодчества, рачительное освоение даров природы, легендарное эпическое наследие (плачи, былины). Все деревни были соединены дорогами, тропами, в каждой радовали глаз выдающиеся по отделке и размерам крестьянские дома. Народ жил в достатке. Первый в Карелии автомобиль в начале ХХ века появился именно у заонежца, жителя села Толвуя.

В советские годы Заонежье угасало, а после перестройки, как это случилось со всей провинциальной Россией, окончательно впало в кому: были закрыты амбулатории, школы, почты, клубы, многие отдаленные уголки лишены транспортного сообщения. К началу нынешнего века население по сравнению с послевоенными сороковыми годами сократилось в пять раз.

Сейчас ситуация и вовсе катастрофическая: работы для трудоспособных нет, лишь несколько сотен человек за 5 тыс. рублей в месяц трудятся в единственном выжившем совхозе «Толвуйский». Безработные спиваются. Возлагать надежды на возрождение края, по существу, не на кого: молодые массово бегут в город. «У нас в районе все меньше детей, скоро вместо трех школ может остаться две», – сетует глава администрации Медвежьегорского района Владимир Карпенко. И резюмирует: «Нет экономики – нет жизни. Будет экономика – будет жизнь».

Говоря о развитии местной экономики, Карпенко имеет в виду промышленность, и прежде всего – горно-добывающую. Ведь предприятие «Карбон-шунгит» уже дало району 70 рабочих мест, а «ТЕВА-Шунгит» обещает создать в ближайшем будущем столько же.

«Давайте прикинем, в каких отраслях наши люди могут реально зарабатывать себе на кусок хлеба, – предлагает руководитель района. – Сельское хозяйство? Да, оно у нас есть и, безусловно, будет. Но продукция наших сельхозпроизводителей едва ли сможет конкурировать с более дешевыми товарами, которые производят в других областях страны или за рубежом. Например, животноводческие хозяйства в Заонежье работают практически с нулевой рентабельностью, а временами – даже себе в убыток. Сейчас нас еще отчасти выручает земледелие, но это до той поры, пока на наш рынок не придут аграрии из регионов, где все выращивается с гораздо меньшими затратами.

Лесоразработки? Древесины у нас не так много, да и технология лесоразработок с каждым годом совершенствуется, так что в ней занято все меньше и меньше людей, всех безработных не пристроишь».

В сухом остатке получается немного – горно-добывающие предприятия. «Часть таких предприятий уже работает, и, я считаю, надо открывать новые, понятно, не забывая при этом об экологии, просчитывая последствия горных разработок. Однако для этого есть соответствующие специалисты, проводятся государственные экологические экспертизы», – заключает Владимир Карпенко.

Черные курицы

Однако поселенческий депутат Валентина Евсеева утверждает, что на шунгитовых предприятиях работают в основном приезжие – вахтовым методом, а что касается местных жителей, то именно расширение горных разработок вынуждает их покидать родные края и увозить детей.

По словам председателя организации «Земля Заонежская» Василия Лукьянова, побывавшего в селе Андриановская, сельчане устали от шума, грохота, запыленности. Погрузка породы идет чуть ли не круглосуточно. Днем грохочут «КамАЗы», ночью – грузовые краны. Прожекторы светят в окна, черная масса плотной шунгитовой пыли покрывает все, что простирается вдоль дороги. По деревне бегают черные от шунгитовой копоти собаки и куры.

«Если проедете по дороге от Зажогинского карьера до пристани, – делится впечатлениями старший научный сотрудник музея „Кижи“ Олег Скобелев, – то увидите покрытые шунгитовой черной пылью окрестные места. Пыль сдувается и в озеро. Природное равновесие и красота уничтожаются навсегда, развивать здесь сельское хозяйство, туризм становится невозможно».

По информации сайта «Карелиянедра», шунгиты являются силикозоопасными породами, а значит, шунгитная пыль опасна для здоровья человека. Но и это не самое страшное. Как утверждает ведущий научный сотрудник Института геологии Карельского научного центра РАН доктор геолого-минералогических наук Виктория Куликова, практически на всей территории Заонежья имеются рудопроявления урана, селеновые и радоновые источники, поэтому горные разработки здесь могут привести к серьезному повышению радиационного фона. Более того, подземные воды Заонежья соединены с Онежским озером и в случае их радиационного загрязнения на втором по величине пресноводном водоеме Европы может разразиться настоящая экологическая катастрофа.

От имени экологической общественности доктор Куликова презентовала на состоявшихся недавно региональных парламентских слушаниях, посвященных судьбе Заонежья, необычный проект. Местные «зеленые» считают, что на полуострове следует создать биосферный резерват с экологическими маршрутами, санаторно-курортными зонами, предприятиями по розливу вод из местных минеральных источников, коммерческими маршрутами для туристов.

Виктория Куликова уверена, что реализация этого проекта поспособствует улучшению качества жизни населения района: «Уже сегодня туристические фирмы Москвы определили стоимость путевки в Заонежье в пределах 15 тыс. рублей. При нынешнем потоке туристов около 300 тыс. человек за сезон это составит сумму не менее 3 млрд рублей. Разумная круглогодичная организация туризма, создание яхт-клубов и обязательных для них марин, альпинистских, конно-спортивных и летных фирм летом, а зимой – санных, лыжных маршрутов значительно повысит доходность территории».

По мнению писателя и руководителя общества «Земля Заонежье» Ивана Костина, проект Куликовой – достойная экономическая альтернатива горным разработкам. И выбор нужно сделать сейчас, иначе уже будет ничего не исправить.

«Без пользы пропадают великолепные песчаные пляжи, окаймленные густым краснолесьем с обилием грибов и ягод, с великолепной рыбалкой и охотой, – досадует Костин. – И ведь все это можно лицензировать». Костин передает свою беседу с гидрогеологами, поведавшими, что с течением лет Зажогинский карьер будет представлять огромную воронку, которая приведет к значительному снижению напора подземных вод. Влияние это будет ощущаться даже на расстоянии 15-20 км от карьера. Снижение напора подземных вод приведет к засыханию растений, к необратимому процессу засоления поверхностных пресных вод.

Пессимистичен и прогноз Олега Скобелева: «Шунгиты будут приносить дивиденды 20-30 лет… А плодородная земля, материальное и духовное наследие края, нетронутая красота природы – неистощимый ресурс, который будет приносить выгоду неограниченное время». Подобных мнений множество. Увы, исходят они отнюдь не от тех, кто связан с туристическим бизнесом или готов в него инвестировать.

Привычка считать

Предприниматели куда охотнее вкладывают средства в карельские недра. Почему, объясняется весьма просто: у местной туристической отрасли сегодня практически исчерпан ресурс для дальнейшего развития.

«Проблемы у туристов, решивших отдохнуть в Карелии, начинаются буквально дома, – рассказывает директор турфирмы „Лукоморье“ Ольга Лукина. – Билет от Москвы до Петрозаводска стоит, как сама путевка. Нормальное место в поезде не купить, с местами всегда проблемы – просто не хватает поездов в северном направлении. И пока эта проблема не будет решена, поток туристов значительно вырасти не сможет».

Второе, что препятствует развитию туризма в Заонежье, – отсутствие надежного, удобного транспортного сообщения с самим полуостровом. «Даже просто добраться в эту карельскую глубинку туристу и то нелегко, – говорит Ольга Лукина. – Трястись несколько часов на автобусе из Петрозаводска по колдобистым дорогам не каждый экстремал согласится, с водным транспортом, как известно, тоже проблемы. Ну и главное – что сейчас можно в Заонежье посмотреть? Где остановиться?»

«Можно сколько угодно рассуждать, что нужно строить гостиницы, – продолжает глава „Лукоморья“. – Но кто и на какие деньги будет это делать? Чтобы окупить подобные затраты, потребуется много лет. Туристический сезон у нас три месяца, значит, остальное время гостиница будет простаивать. Как быть с персоналом? Платить ему круглый год или отправлять на девять месяцев в неоплачиваемый отпуск? В общем, у того, кто захочет заняться строительством гостиниц, должно быть несколько десятков миллионов рублей, которые можно безболезненно заморозить. А бизнес умеет считать деньги».

Не видят в ближайшей перспективе туристического будущего Заонежья и в правительстве Карелии. Да, развитие туризма упирается в отсутствие нормальных дорог и водного транспорта, подтвердил на тех же региональных парламентских слушаниях, посвященных судьбе уникального края, заместитель министра экономического развития республики Евгений Коткин.

Выход из положения нашел еще один доктор геолого-минералогических наук, защитник шунгитового пути развития Заонежья Владимир Щипцов. Он считает, что следует совместить одно с другим и культивировать геологический туризм. Профессор Щипцов предлагает оборудовать на карьерах площадки для гостей, «откуда можно понаблюдать за добычей сырья, работой техники».

«На Рускеальских мраморных карьерах когда-то добывали мрамор, – иллюстрирует свою мысль профессор, – а потом карьеры были затоплены грунтовыми водами. Теперь здесь проходит один из туристических маршрутов. То есть горная промышленность не только не нанесла вреда, а стала причиной притяжения туристов».

К сожалению, свежее предложение профессора девальвирует все то же обстоятельство – отсутствие нормальных дорог.

Дискуссия как бизнес

«Можно, конечно, не делать ничего, никакие предприятия в Медвежьегорском районе не строить, а организовать, например, там резервацию, территорию неприкосновенную. Только вот кто ее будет содержать? Петрозаводчане? А если они тоже захотят избавиться от промышленных предприятий, безусловно, загрязняющих окружающую среду? Кто будет деньги зарабатывать?» – высказался на парламентских слушаниях исполняющий обязанности заместителя премьер-министра правительства Карелии, представитель главы Карелии в Законодательном собрании Валерий Тольский.

Сказано резко, и, надо полагать, это официальная позиция правительства. В отличие от чиновников, у ученых единого мнения по поводу стратегии развития Заонежья нет. А жители Заонежья хоть и жалуются на шунгитовый смог, уже не воспринимают горные разработки столь негативно, как лет десять назад: когда в семье нет денег на хлеб, не до биосферных резерватов.

Похоже, «зеленые» остались единственной общественной группой, сплоченно и последовательно выступающей против шунгитового будущего края. Но и их начинают подозревать, мягко говоря, в несамостоятельности протестных устремлений. Особенно когда речь заходит о финансировании их деятельности.

Вот цепочка событий, что называется, без комментариев. На упоминавшемся уже ОАО «Карбон-Шунгит» в середине июня сменился владелец 49-процентного пакета акций (51% принадлежит правительству Карелии). Но сменился не сразу. В феврале переговоры покупателя с продавцом результата не дали, и в марте началась широкомасштабная кампания за экологическую чистоту Толвуйского края и прекращение шунгитовых разработок. Участники шунгитового бизнеса утверждают, что кампания, блестяще проведенная «зелеными», весьма повлияла на условия сделки. Сменился собственник – сменился (так случайно совпало) и идеологический посыл кампании: лозунг «ликвидация карьеров» был заменен на «всестороннюю экологическую экспертизу».

История эта – маленький штрих к портрету сегодняшних общественных институтов. И хотя дискуссия о будущем Заонежья и его жителей продолжается, судьба уникального края, похоже, уже решена.

Петрозаводск

• Раздел о развитии малого бизнеса должен появиться во всех новых государственных программах
• 57% компаний предпочитают не пользоваться российскими правовыми нормами при совершении сделок
• Свои бизнес-процессы автоматизируют лишь крупные компании. Достучаться до малого бизнеса, который не может позволить себе подобные проекты, да и не видит в них смысла, пока получается лишь путем государственных запретов