Абсурд и действительность

Культура
Москва, 08.03.2010
«Эксперт Северо-Запад» №9 (455)
Любые гегельянские схемы, предполагающие необходимость исторического развития, готовые рационально объяснить любой этап эволюции общества, ломаются о конкретику исторического факта

Лучшая позиция наблюдателя – извне и изнутри. Как это возможно? По нынешним временам без толку проклинаемой глобализации такое случается все чаще и чаще. Мир делается, к счастью, проницаемым: мутное стекло, сквозь которое люди видели жителей других стран, становится прозрачным.

Немец, русский, американец

Немецкий ученый Ян Плампер, работающий в Америке, написал книгу «Алхимия власти. Культ Сталина в изобразительном искусстве». В начале 1990-х годов Плампер жил в Петербурге и работал в обществе «Мемориал». Призвали в германскую армию молодого парня, а он отказался служить. Предложили альтернативную службу через немецкую организацию «Искупление». Парень приехал в Россию и работал волонтером в «Мемориале».

Жил нашей жизнью. Был здесь и не здесь. Это одна из замечательных особенностей глобализации: ты можешь сравнивать разные миры. Еще бы Пламперу не заинтересоваться жизнью страны и города, в котором обычная бытовая проблема – сбрасывание снега с крыш – превращается в военную операцию: разбитые машины, люди, испуганно прячущиеся по подъездам.

Здесь первое чувство – удивление. Вполне бескорыстное. Собственно, это удивление уже и выражено в заглавии. Алхимия – не точная наука химия, а нечто таинственное, что в конечном счете остается непонятным. Можно проанализировать динамику изображений Сталина начиная с 1929 года, истока культа, и до 1953-го. Можно проследить, как Сталин следил за собственными изображениями. Требовал убрать оспины с лица. Увеличить лоб. Менял одного артиста, игравшего его в фильмах (Геловани), на другого (Дикого).

Можно обнаружить политические причины такого рода замены. Дикий сменил Геловани, когда Сталин сделал ставку на русский патриотизм и не захотел, чтобы его играл грузин. Можно заметить, как постепенно на картинах и фотографиях исчезают все прочие вожди и он остается один, а в последних картинах, посвященных Сталину, и его уже нет. Изображены люди, столпившиеся у радиорупора: всем понятно, что слушают Сталина.

Можно вписать культ личности Сталина в его современность, сравнить с культами других диктаторов: Гитлера, Муссолини. Можно обратить внимание на истоки такого рода обожествления властителей и сразу отсечь культ королей. Потому что короли и цари – помазанники Божьи, через них почитают Бога, но не их почитают как богов. Можно обратить внимание на то, как элементы культа личности в начале ХХ века внедрялись еще в монархическое общество и встречали отторжение.

Вот марка с изображением Николая II. Многие почтовые чиновники отказывались ее штемпелевать: нельзя бухать на лик помазанника какую бы то ни было печать. Правда, марка с изображением последнего российского императора подзуживала к насмешкам. Лицо Николая II, а под ним четко выдавлено: «7 копеек».

Поправки

Впрочем, тут же приходится внести поправку и уточнить понятие «культ личности». Коль скоро на Керенского, Ленина и Троцкого рисовали карикатуры, да хоть дружеские шаржи (а шаржей на Троцкого в российских журналах хватало), то это уже не культ личности, не терпящий никакой усмешки, даже добродушной. Можно обратиться к истории Европы и обнаружить первый вполне современный культ личности в безудержном славословии Наполеона III. Не первого Наполеона, а его племянника, ставшего императором после революции 1848 года. В культе первого Наполеона было слишком много элементов божественного культа королей. Он добился помазания на царство, обеспечил себе небесную поддержку. Все прочие культы личности начиная с Наполеона III оставляют власть десакрализованной, земной, но… требуют почитания этой власти как власти небесной. Напрашивается вывод о том, что культ личности – переходный этап в модернизирующихся обществах от власти сакральной, священной к земной, ответственной не перед Богом, но перед людьми.

Между сакральной властью и властью абсолютно десакрализованной, ответственной только перед населением, естественно, располагается власть, которая уже лишена всякой небесной поддержки, но сама по себе оказывается божественной. К обожествлению ее, вернее, одного-единственного ее носителя, прикладывают руку средства массовой информации, которые не слишком развиты в традиционных обществах. «Однажды я видел бога. Бог ехал в пяти машинах…» – написал поэт Борис Слуцкий и разом обрисовал ситуацию встречи с земным богом… в пяти машинах. Все это можно исследовать, посчитать и сделать соответствующие выводы. Но удивление останется.

Нет, скорее испуг. Любые гегельянские схемы, предполагающие необходимость исторического развития, готовые рационально объяснить любой этап эволюции общества, ломаются о конкретику исторического факта. Он может быть вписан в хорошо выверенную, продуманную схему. Он может быть подверстан к знаменитому гегелевскому положению: «Все действительное – разумно, все разумное – действительно», но сам по себе он так нелеп, что пугает и вынуждает переиначить афоризм берлинского профессора: «Все действительное – абсурдно, все абсурдное – действительно».

Тщательно, с немецкой основательностью подобранные факты, иллюстрации, распоряжения, стихи рисуют торжество абсолютной дурости, нарастающего бреда, который одним только переходом от традиционного общества к обществу современному через общество модернизирующееся не объяснить. Собственно, в этом и заключается обаяние книги Яна Плампера. Соединение четкого научного аппарата, выверенной концепции с удивлением и испугом перед конкретным жутковатым явлением – человеком, который с минимальными на то основаниями занял место Бога.

Плампер Ян. Алхимия власти. Культ Сталина в изобразительном искусстве. – М., 2010 – 496

У партнеров

    «Эксперт Северо-Запад»
    №9 (455) 8 марта 2010
    Утилизация автомобилей
    Содержание:
    Не корысти ради

    Бизнесу есть смысл поддержать программу утилизации автомобилей «огнем и маневром» хотя бы для того, чтобы дать пример успешного опыта в управлении рынком путем стимулирования спроса

    Реклама