Приобрести месячную подписку всего за 240 рублей
Общество

Стратегия без Санта-Клауса

2011
Фото: Интерпресс /Петр Ковалев

Евгений Елин: «Мы не видим Петербург в будущем как огромный промышленно-сборочный мегаполис»

Ожидается, что в мае правительство Санкт-Петербурга определится с выбором Концепции социально-экономического развития города до 2020 года. Проект новой концепции, разработанный Комитетом экономического развития, промышленной политики и торговли (КЭРППиТ), представлен еще в середине марта, но ее утверждение задержалось. Вокруг подготовки документа в Смольном возникла некая интрига, и, возможно, председателем Комитета по инвестициям и стратегическим проектам Алексеем Чичкановым будет представлено альтернативное видение стратегии развития Петербурга. А пока о подходах к разработке концепции, о логике ее формирования и выбранных приоритетах в интервью обозревателю «Эксперта С-З» рассказывает председатель КЭРППиТ Евгений Елин.

– Известный недостаток предшествующих программ и концепций социально-экономического развития Петербурга – множество упоминаемых целей и направлений развития, но при этом отсутствие четко обозначенных приоритетов развития города и соответствующих конкретных задач...

– Да, на мой взгляд, в этом и заключалась проблема трех предыдущих концепций, ни одна из которых эффективно не работала. Во-первых, сформулированные цели описывали не конкретный результат, к которому надо прийти, а некие пожелания: чтобы все были счастливы, здоровы, чтобы город был красивым. К тому же они были сложно изложены, не воспринимались участниками процесса как личные. Цели невозможно запомнить и воспроизвести – их можно только заучить. Во-вторых, было поставлено несметное количество целей и задач: ни о чем не забыть и никого не обидеть. Однако организационно мы не способны управлять большим количеством целей – это необходимо признать. Причем цели не учитывали реальные финансовые возможности, оставаясь пожеланиями, которые непонятно за счет каких денег должны выполняться.

Проанализировав, что делают наши коллеги в других городах мира, мы убедились, что все приличные концепции содержат две-три, максимум пять целей, а их объем ограничивается 8-12 страницами: понятно, что тома никто не будет читать. У нас же в предыдущей концепции – два десятка стратегических целей, что больше похоже не на стратегический план, а на пожелания для Санта-Клауса.

Прежде всего в концепции должно быть объяснено не то, как потратить деньги (разберемся, для этого есть другие программы), а откуда они возьмутся и что надо сделать, чтобы ресурсы появились. Другой принцип, который заложен в новой концепции, – цели должны быть яркими, конкретными, легко запоминающимися, их число не должно превышать пять-семь. Срок реализации концепции не должен быть более 10 лет, тем более что в Российской Федерации принята концепция до 2020 года. Две пятилетки – и так большой срок, у нас нет навыка планирования на более долгий период.

– Какая идея выбрана в качестве основы для формирования концепции?

– Основное направление движения города – развитие инновационной экономики. Ресурс, на котором мы хотим «выезжать», – человеческий капитал, его рост, увеличение качества и потенциала. В конечном счете мы этим хотим добиться роста ВРП, то есть благосостояния жителей Петербурга.

Человеческий фактор

– Почему определена именно такая исходная установка?

– Базовый подход сводится к тому, что в первую очередь необходимо понять, на каком ресурсе город будет развиваться, что станет «топливом», которое позволит двигаться вперед. Вопрос же о направлении движения решается легче. Мы – город Санкт-Петербург – живем на корабле, то есть в РФ, и должны плыть в направлении, описанном на федеральном уровне в концепции «2020». Из четырех базовых задач, поставленных в ней, нам остается фактически только направление инновационного развития.

На каком ресурсе мы должны идти вперед и откуда его взять? Ресурсы, на которых город развивался до сих пор, исчерпались – по сути, кризис их съел. Хотя на этих ресурсах мы как город неплохо росли, причем с точки зрения не лукавой, а действительно реальной цифры – по 9-10% в год. Мы развивались, увеличивая зарплаты и доходы населения, в том числе перераспределяя нефтяные деньги. Имея такую возможность, стимулировали потребление, что давало рост ВРП. При этом надо понимать, что доходы у нас повышались существенно быстрее, чем производительность труда. Кроме того, администрация города привела крупных налогоплательщиков, что тоже давало ресурсы. Реализовывались крупные инвестиционные проекты – КАД, ЗСД, развитие метрополитена и т.д. – прежде всего за счет федеральных и региональных денег. Все это работало на рост ВРП и, в общем, обеспечивало нам с 2003 года и до кризиса очень приличные показатели.

Мы поставили вопрос: будет ли все это продолжаться, удастся ли повышать доходы населения независимо от того, растет ли производительность труда, сможет ли РФ так же помогать городу инвестициями и в целом можно ли делать ставку на это как на ресурс для развития? Очевидно, нельзя сказать, что так будет и в дальнейшем. Налогоплательщики тоже закончились – мы не можем всю Россию привести сюда.

Нужно искать другие ресурсы. Естественно, мы посмотрели, какие вообще существуют возможные ресурсы. Финансовый капитал давно распределен и сконцентрирован в Москве, судьба природных недр определена, земля и недвижимость также нашли своих хозяев.

Остался последний актив, который возможно использовать, – человеческий капитал. Отсюда возникла идея – в общем-то, не новая. Петербург, в принципе, весьма привлекательный город, и мы хотим притянуть к себе имеющийся человеческий капитал, а также вырастить свой. Естественно, люди хотят хорошо жить, а Петербург более привлекателен по сравнению с большинством российских городов. Он притягивает и культурной основой, и уровнем образования (все хотят, чтобы их дети учились в хороших школах и институтах), и тем, что в Петербурге ниже цена входа, чем в Москве – самом дорогом городе России.

– Каким же образом предполагается привлекать человеческий капитал и тем самым двигаться к достижению главной цели концепции?

– Мы должны повышать привлекательность города, если хотим получить человеческий ресурс, дополнительный к имеющемуся (это помимо его более эффективного использования). Людям нужны высокооплачиваемая работа, недорогое жилье, социальное обеспечение, экологическая безопасность, комфортное городское хозяйство, разумное городское управление – чтобы были нормальные чиновники. В принципе, это простые условия, которые мы можем привнести, сделав тем самым город более привлекательным.

Что даст увеличение человеческого капитала с позиций экономики? На ВРП региона влияют три фактора: экспорт, валовые накопления (инвестиции) и конечное потребление. На потребление повлиять мы точно можем. Привлекая человеческий капитал, мы понимаем, что это человек не просто с дипломом, но и с работой. Он добывает достаточную добавленную стоимость и получает более высокую зарплату, а значит, начинает больше тратить и, соответственно, поднимает ВРП. Увеличение потребления домохозяйств – это фактически та точка, на которую мы хотим влиять. Ведь повышение качества человеческого капитала означает, что мы плодим людей с более высокими зарплатами. Как бы то ни было, инженер все же получает больше, чем автосборщик на конвейере...

Сборочная переоценка

– Однако остается решить главную задачу – стимулировать создание рабочих мест для высококвалифицированных кадров.

– Главное – ответить на вопрос: действительно ли мы хотим построить в Петербурге огромное количество заводов с рабочими местами, но при этом с человеческим капиталом не очень высокого профессионального уровня и, следовательно, не очень большой зарплатой? У нас не слишком много земли, кроме того, земля дорогая, а стоимость ее инженерного обеспечения – супервысокая! Следовательно, это просто нерациональное использование ресурсов.

Мы не видим Петербург в будущем как огромный промышленно-сборочный мегаполис. Прежде всего нас интересуют, конечно, исследования, создание инжиниринговых центров. Например, город ведет переговоры с КАМАЗом. У них (как и у многих предприятий) проблема с инженерными кадрами. Их необходимо где-то учить, а затем нужно переводить в Набережные Челны. Это дорого, да и не все хотят там жить. Обучение же происходит все равно в Москве или Петербурге. В этой связи идея состоит в том, что Петербург обеспечивает комфорт для создания инжинирингового центра с точки зрения высших учебных заведений, НИОКР, особой экономической зоны, где мы можем предоставить налоговый режим, которого нет нигде, обеспечить ключевых сотрудников жильем на какое-то время. И эта идея оказалась привлекательной для предприятия с точки зрения экономического решения.

В этом направлении мы начинаем активно идти. Меняем политику по отношению к заводам, в том числе к автопроизводителям. Говорим, что нам уже не очень интересны просто заводы, даже с локализацией производства.

– То есть Петербург отказывается от экстенсивного развития в инвестиционной сфере?

– Мы переосмыслили то, что делалось раньше. Например, во что обошелся автокластер? Город дал 700 га земли, вложил 200 млн долларов в инфраструктуру и получил 10 млн налоговых поступлений. В целом это не тот бизнес, которым нужно заниматься.

Затем мы стали с автопроизводителями работать, говоря, что этого недостаточно: мы не можем быть просто основой для сборки. Понятно, что мы приобрели некий опыт работы с инвесторами. Но мы хотим получить не просто очередную локализацию, чтобы рядом с вами разместился еще один такой же завод. Мы желаем получить технологии, что возможно только через совместные разработки и обучение – по этим каналам передаются технологии. Иначе инвестор может прийти в город, построить завод, а потом ему надоест, он свернет предприятие и у нас ничего не останется, кроме испорченной земли.

Поэтому нам интересны в экономическом отношении две вещи. Во-первых, R&D (Research&Development) – совместные разработки, что дает высокооплачиваемые рабочие места и, как следствие, рост ВРП. Во-вторых, возможность готовить наших специалистов – студентов, аспирантов. Так мы получаем технологическую компетенцию, квалификацию персонала, а в терминах концепции – повышаем качество человеческого капитала. И мы говорим инвесторам: если вы готовы к этому, то будем работать вместе. А если просто хотите прийти со сборкой, то, в общем, нам это не очень интересно: у нас дорогая рабочая сила, мало земли.

Замечу, что эти идеи уже переходят в практическое русло. Так, стартовала, по сути, пилотная программа с GM и город отправляет к ним на стажировку старшекурсников и аспирантов. В GM сказали, что если мы хотим заниматься R&D, то должны понять их требования, то, как у них все устроено. Они обеспечивают стажировку, подготовку тех, кто завтра будет работать в GM, чтобы эти специалисты знали подходы предприятия к разработкам, к их качеству и т.д. После этого GM будет готов рассмотреть возможность размещения у нас заказов на R&D. В свою очередь, город намерен субсидировать НИОКР – в нынешнем году это предусмотрено в бюджете.

Реально осуществить эту идею и с фармацевтами. Некоторые крупные фармацевтические компании сразу заявили, что, к примеру, выделяют 100 млн долларов на стройку, а еще 400 млн – на R&D. Конечно, это огромная ценность. Кстати, мы много сил приложили, чтобы затащить их в Петербург: это потенциальные заказы для вузов, предприятий города.

Всё ради кадров

– Наконец, отмечу еще и демографический аспект. Можно сказать, что Петербург остается в демографической яме – у нас все же отрицательный прирост населения, хотя этот показатель и снижается. Собственными силами городу не закрыть этот провал – все равно приходится расти за счет миграции, поэтому давайте обеспечивать этот прирост квалифицированными специалистами. Да, мы хотим получить высококвалифицированный персонал из России, воспользовавшись преимуществами, которые есть у города, и создавая дополнительные условия, преференции.

– И какие приоритеты вы ставите для осуществления этой идеи концепции?

– Для обеспечения ускоренного роста человеческого капитала мы определяем пять стратегических целей. По каждой из них есть целевые ориентиры – чего мы хотим достичь за 10 лет – и формулируются конкретные задачи.

Во-первых, что касается формирования привлекательной городской среды, предусмотрено, в частности, что в городе не будет коммунальных квартир, в общественных местах будет запрещено курить, все дома в городе должны быть обеспечены управляемой подачей воды, пригодной для питья без кипячения, что все улицы будут убираться в течение 12 часов. Во-вторых, стратегической целью становится создание высокооплачиваемых рабочих мест. В-третьих, доступ к современной системе образования предполагает, что ежегодно не менее 30% работающих граждан смогут повысить свою квалификацию, не будет очередей в детские сады и школы, а доля населения в возрасте 25-64 года составит 60%. В-четвертых, мы ставим целью повышение экологической безопасности (например, на 50% сократить содержание углекислого газа в атмосфере, из центральной части города вывести производства, использующие вредные вещества, осуществлять стопроцентную очистку сточных вод предприятий и учреждений и т.д.). В-пятых, организовать эффективное управление.

Разумеется, в концепцию заложены и численные прогнозы. Так, мы полагаем, что население города увеличится до 5,1 млн человек, при том что по расчетам Петростата – до 4,7 млн (это инерционный прогноз, иными словами – если все будет продвигаться так, как сейчас). Заложено ежегодное увеличение ВРП на 5,5-6%, в целом же по России планируется 4,5% (мы считаем, что можем обеспечить ускоренные темпы роста). Предусматривается ряд показателей уровня абсолютной бедности, продолжительности жизни и т.д.

Сколько стоит туризм

– Предполагает ли концепция изменение структуры экономики города и удельного веса различных отраслей в ВРП?

– Сейчас промышленность – обрабатывающие производства – составляет 22,4% экономики Петербурга, мы считаем, что за 10 лет она потеряет 0,8-1%. Рассчитываем, что доля сферы услуг вырастет с 59,4 до 65%, причем, конечно, хотелось бы, чтобы в первую очередь она выросла за счет научно-технических услуг.

– Как вы оцениваете перспективы туристической отрасли, которая, как утверждают в Комитете по инвестициям и стратегическим проектам, уже составляет около 11-12% в ВРП, а лет через пять ее доля может достичь 20%?

– Если посмотреть, за счет чего мы упали и за счет чего росли в кризис, это позволяет сделать определенные выводы. Падение дали услуги, что неудивительно. Как только наступает кризис, люди перестают ездить и доходы начинают резко снижаться – это горячие деньги, они мобильны и быстро улетают (как и нефтяные). Мы не можем быть застрахованы от кризисов в дальнейшем, и делать ставку на туризм – просто неправильно. Это очень большой риск.

Второй вопрос – что такое туризм? Доходы от туризма в США составляют 3,5% ВВП, в Германии – 2, в России – 1%. И мы хотим бороться за 1% ВРП от туризма и считаем, что это достойная задача? В статистике туризм заложен в разделе «Транспорт и связь», который в целом составляет в Петербурге 9,9%. Допустим, мы сделаем мощный рывок – тогда все вместе будет 10,9% ВРП.

По факту, несмотря на привлекательность этой идеи, туризм не является локомотивом, который способен вытащить крупный город. Мы видели это на примере Лондона, Парижа... Туризм вытаскивает по миру Мальдивы, Сейшелы, Макао, в Европе – Хорватию, Черногорию, Мальту, где, по сути, почти ничего другого нет. Конечно, для Петербурга туризм – дополнительные доходы, рабочие места, но это не локомотив экономики! Ни один город, если это не Венеция, то есть фактически вымирающий город, не может строить свою экономику на туризме. Это достаточно деструктивная идея.

Стабильная поддержка

– Иными словами, пока вы не рассматриваете постиндустриальные перспективы развития города?

– Да, наш вывод, возможно, даже несколько неожиданный. Год назад всерьез обсуждалось, что с промышленностью надо заканчивать, будет постиндустриальный город, произойдет деиндустриализация. Оказалось, что это не так, это невозможно, и вообще, деиндустриализация – тупиковая идея. Другой вопрос, что нужно уходить в высокую добавленную стоимость и высокотехнологические отрасли (не ковка, штамповка и т.п.). В этом имеется экономический смысл – такая промышленность вытаскивает, в общем, всю экономику.

Наверное, это совершенно не популярная идея, тем не менее в кризис экономике Петербурга помогала выстоять именно промышленность. Она тоже сократилась, но все же давала добавочную стоимость, не ушла в минусовую зону. А туризм и услуги оказались в минусовой зоне – они съедали наш ВРП. Экономику города поддерживали торгуемые секторы – то, что он предлагал на открытый рынок.

Отдельная песня – неторгуемые секторы – то, что мы производим для собственного потребления: строительство жилья, услуги для городского хозяйства. Это финансово емкие секторы, на них приходится большое количество инвестиций. Например, строительная отрасль: она предоставляла рабочие места, но давала очень маленькую добавленную стоимость, требуя больших денег. Напротив, промышленность нуждалась в существенно меньших вложениях, в то же время обеспечивая большую добавленную стоимость на поступавшие инвестиции.

Главное для экономики – промышленность, особенно высокотехнологичная. Помимо занятости это и инвестиции в недвижимость, и такие следствия, как необходимость организации городской инфраструктуры. Трудно говорить о привлекательности города для человеческого капитала, если нужно стоять в пробках по три часа. Следовательно, необходима децентрализация производств. Понятно, что нужно приближать рабочие места к местам проживания людей, уменьшая трафик по городу. Возможно, высокотехнологичные производства, в том числе офисно-лабораторные корпуса, не обязательно выносить в отдельные промзоны. Должен быть микс с жильем, а значит, градостроительную политику следует менять, что мы и делаем. Если технопарки будут располагаться в жилых районах, можно будет пешком на работу ходить.

Очевидно, что никаких денег не хватит, если идти экстенсивным путем – увеличивать количество дорог и «колец». Между тем децентрализация вполне возможна при определенных производствах. Поэтому мы схватились в том числе за фармацевтику: это высокая добавленная стоимость, быстрые темпы роста рынка и потребления, маленькие площади, высокие зарплаты.

– Бюджетная эффективность фармацевтического кластера, в отличие от автомобильного, просчитана?

– В общем, она представима, хотя ее трудно просчитать. Фармацевтика городу обойдется в 18 га земли, налоги в бюджет практически такие же, как у автомобильного кластера. При этом будет меньше дешевых рабочих мест и на порядок снизятся бюджетные затраты, зато бюджетная эффективность окажется выше.

Приоритет про запас

– Сохраняет ли актуальность традиционный приоритет предыдущих концепций – развитие Петербурга как транспортно-логистического и транзитного центра?

– Честно говоря, данная задача нам не близка. В концепции мы пытались определить некое ядро, которое продвигаем. Конечно, это не значит, что все остальное должно отмереть. Есть еще работа по снижению барьеров, созданию благоприятной экономической среды и т.д. Однако если речь идет о том, чтобы делать из Петербурга транспортно-транзитный узел, то здесь смущает принцип, который заложен в концепции: необходимо понимать, откуда на все это брать деньги. Структура инвестиций в экономику города в разные годы имела примерно такое соотношение: 15-20% – средства бюджета Санкт-Петербурга, около 25% – бюджета РФ, и все остальное – непосредственно частные инвестиции. В общем объеме западных инвестиций у нас в основном товарные кредиты, а не прямые инвестиции. Поэтому сразу возникают вопросы, где взять деньги на такие масштабные и финансово емкие проекты, как создание логистических центров, особой транспортной инфраструктуры.

Есть задача, которую нужно решать в рамках того, что уже делается в Петербурге, – транспортные проблемы, связанные с уже построенными заводами. Особенно с учетом вышедшего в конце прошлого года распоряжения правительства России по предприятиям автомобилестроения с предложением существенно нарастить объемы производства. Очевидно, что город столкнется с транспортными проблемами. Таким образом, у нас имеется задача-минимум и дай бог найти ресурсы для решения сегодняшней транспортной проблемы, а не пытаться развивать Петербург как логистический центр будущего. В общем, для такого развития мы не видим источников финансирования, а просто провозглашать эффектную задачу – это опять же будет деятельность из разряда компетенции Санта-Клауса.          

Санкт-Петербург

«Эксперт Северо-Запад» №18 (513)



    Реклама

    Интервью с губернатором Ямало-Ненецкого автономного округа Дмитрием Кобылкиным

    В XXI веке богатство России будет прирастать Арктикой

    Время упущено? Пока никто не повторил наш опыт

    «Звезды Арбата» - единственный в премиальном классе комплекс апартаментов в России, где сервисные услуги осуществляет крупнейший мировой гостиничный оператор компания Marriott International


    Реклама