Дефолт по обоюдному согласию

Экономика и финансы
Москва, 28.01.2013
«Эксперт Северо-Запад» №4 (601)

Иллюстрация: Владимир Басов

Темпы роста просроченной задолженности по потребительским банковским кредитам в России ускоряются. По статистике Центробанка, объем просрочки по потребительским ссудам (без учета автокредитов, ипотеки и жилищных ссуд) за девять месяцев прошлого года увеличился на 28% по сравнению с аналогичным периодом 2011-го. Более свежая статистика будет чуть позже, однако эксперты не ожидают существенного сокращения объема просрочки.

Несмотря на стагнацию в экономике и медленный рост доходов, россияне, в отличие от европейцев, продолжают занимать у банков. В связи с этим большую актуальность приобретает законодательное регулирование рынка потребкредитов, которое до сих пор не охватывает все аспекты взаимоотношений кредитных организаций и населения. В частности, в стране до сих пор отсутствует институт банкротства физических лиц, который, по мнению банковского сообщества, рынку необходим.

Закон о банкротстве физлиц в России пытаются создать уже более шести лет. В ноябре прошлого года Госдума наконец-то приняла этот законопроект в первом чтении, однако, с точки зрения банковского сообщества, документ нуждается в существенной доработке. Участники рынка признают необходимость формирования в России института частного банкротства, который существует во многих развитых государствах. Это позволит упорядочить взаимоотношения банков и проблемных должников, четко разграничить ответственность сторон. Кроме того, с одной стороны, упростит отчетность и финансовые показатели банков, с другой – поможет сформировать базу добросовестных и недобросовестных заемщиков, не только информационную, но и финансовую.

Цивилизованное разорение

На данный момент к проштрафившимся должникам применимо только исполнительное производство. Судебные приставы изымают имущество должника по требованию первого кредитора, обратившегося в суд. Имущество продают в счет уплаты долгов заявителю. Остальным кредиторам, не успевшим предъявить свои требования, ничего не достается. Кроме того, судебные приставы могут сообщить о невозможности исполнения судебного приговора из-за отсутствия у гражданина какого-либо ценного имущества, а арбитражные суды не имеют права вести дела о банкротстве физических лиц, не являющихся индивидуальными предпринимателями.

«Институт банкротства физических лиц существует во всех цивилизованных странах, и в России его тоже необходимо создать. Однако нужно понимать, что в развитых государствах этот инструмент позволяет защитить и кредитную организацию от мошеннических действий заемщиков», – объясняет вице-президент Банка Москвы Андрей Лапко.

Нынешняя редакция законопроекта предусматривает два варианта решения возникших с выплатой долга проблем. Первый – реструктуризация задолженности, одобренная судом, отмена пеней и штрафов, а также новый график погашения. Суд может одобрить такой вариант, если должник представит доказательства, что способен в итоге погасить долг без распродажи имущества. В ином случае выносится решение о конфискации имущества с последующей реализацией. «Если имущества должника недостаточно для удовлетворения требований банка, кредитору становится выгоднее помочь должнику сохранить его имущественный статус с реструктуризацией выплат по кредиту. Таким образом, в отличие от исполнительного производства (весьма громоздкого и сложного), механизм банкротства физических лиц предусматривает ряд преимуществ для гражданина, предоставляя ему возможность урегулировать долги», – рассказывает управляющий филиалом Транскредитбанка в Санкт-Петербурге Елена Кондратюк.

Банки ждут от этого закона того, чтобы клиент, с одной стороны, сохранил тот минимум, который позволяет ему жить, с другой – если человек признает себя банкротом, кредитная организация должна иметь право рассматривать сделки, связанные с отчуждением его имущества, которые были совершены до момента объявления им себя банкротом. «Сейчас кредиторам сложно доказывать, что имущество было преднамеренно оформлено должником на других лиц. Законопроект же позволяет оспаривать такие сделки. Имущество возвращается в конкурсную массу и может быть реализовано в счет погашения задолженности», – добавляет Лапко.

Простить всё

Банковское сообщество отмечает и ряд других моментов, нуждающихся в корректировках, начиная с основных. Предполагается, что банкротом может быть признан гражданин, задолженность которого превышает 50 тыс. рублей, а просрочка выплаты – три месяца. Срок реализации плана реструктуризации долгов ограничен пятью годами.

«Многие банки требуют поднять планку задолженности хотя бы до 200 тыс. рублей, по причине того что к ним хлынет масса желающих стать банкротами. Ко второму чтению Госдума проведет по этому вопросу публичные слушания. Не исключено, что планку повысят», – говорит Елена Кондратюк. Существует дисбаланс между минимальной суммой долга и размером средств, которые, согласно законопроекту, должны у человека остаться, – не менее 25 тыс. рублей, то есть половина долга. Если у заемщика на иждивении есть нетрудоспособные родственники, сумма может увеличиваться на шестикратную величину прожиточного минимума на каждого из них. При значении этого показателя примерно 6 тыс. рублей теоретически можно взять кредит на 50 тыс. и при наличии, предположим, двух нетрудоспособных родителей объявить себя банкротом и не возвращать деньги.

Инициатор банкротства (заемщик или кредитор) должен оплачивать стоимость услуг арбитражного управляющего во время конкурсного производства – 10 тыс. рублей в месяц на срок до шести месяцев. Получается, что при оговоренной в законе минимальной сумме долга расходы на процедуру банкротства сравнимы с суммой задолженности. «Целесообразно поднять нижнюю планку долга как минимум до 100 тыс. рублей, поскольку получается, что гражданин не может погасить кредит в размере 50 тыс., но при этом готов заплатить 20 тыс. рублей арбитражному управляющему, – рассуждает начальник управления юридического департамента банка „Открытие“ Анна Очинникова. – Законопроект распространяется не только на физических лиц, но и на индивидуальных предпринимателей. Учитывая существующие условия для обращения с заявлением о признании банкротом, возможны злоупотребления со стороны недобросовестных предпринимателей, в том числе выступающих поручителями по кредитам аффилированных ими компаний».

Помочь расплатиться

Немаловажно формирование судебной инфраструктуры для решения подобного рода конфликтов. Так как подобной практики в России нет, создавать судебные механизмы придется с нуля. Суды вряд ли будут способны к работе с сотнями таких исков, если они хлынут одномоментно.

Не вполне ясна картина и с профессиональными арбитражными управляющими, которые до сегодняшнего дня специализировались только на банкротстве предприятий. «Если делами о банкротстве будут заниматься управляющие, которые работают с крупными долгами предприятий и обществ, то их заинтересованность заниматься мелкими финансовыми проектами окажется невелика. По этой причине есть вероятность неэффективности взыскания долга с заемщика», – предупреждает Елена Кондратюк.

Существенно возрастет нагрузка и на арбитражные суды, что может привести к увеличению сроков рассмотрения дел. Банк потеряет массу времени для возвращения долгов от граждан, неся убытки резервного характера.

Кроме того, порядок, сроки и условия реализации имущества гражданина утверждаются судом, а согласно ст. 216.11 законопроекта, оценка имущества, включенного в конкурсную массу, производится физлицом самостоятельно. «Возможны последствия в виде уменьшения суммы, полученной от реализации заложенного имущества, по сравнению с той, которая указана, например, в договоре залога. Банку придется закладывать этот риск в процентную ставку или в размер первоначального взноса с целью сокращения задолженности заемщика», – полагает Анна Очинникова.

Поэтому многие банкиры считают, что стоит создать специализированный пул арбитражных управляющих, которые смогут грамотно производить реструктуризацию задолженности клиента. «Зачастую низкая финансовая грамотность клиента не позволяет ему эффективно управлять своими денежными потоками, чтобы снизить расходы и направить часть средств на погашение долга», – замечает Андрей Лапко. Вероятно, необходимы механизмы, которые позволят управляющему контролировать денежные потоки должника, и санкции, в случае если последний скрывает свои доходы или активы.

Пятно на репутации

И наконец, банкиры опасаются большого количества фиктивных банкротств. Хотя законопроект предусматривает санкции, например за неправомерные действия при банкротстве, за преднамеренное или фиктивное банкротство, непредоставление необходимой информации или указание недостоверных сведений арбитражному суду. Да и само признание банкротом грозит человеку рядом последствий. Прежде всего, в течение пяти лет такой заемщик не может брать кредит в банке. Кроме того, объявление должника – индивидуального предпринимателя банкротом приведет к утрате им государственной регистрации в качестве индивидуального предпринимателя, а также к аннулированию лицензий на осуществление отдельных видов деятельности.

Остановят ли эти факторы граждан от такого шага, как фиктивное банкротство, сказать сложно. Пока население вполне позитивно относится к подобной процедуре. Так, согласно исследованию, проведенному коммуникационным агентством EmCo при сотрудничестве с компанией Magram Market Research, 76% россиян более чем одобряют новый закон именно благодаря введению возможности признания граждан-должников банкротами в судебном порядке. Более половины респондентов заявили, что не воспринимают процедуру признания банкротства принуждением к выполнению обязательств, а скорее относятся к ней как к способу оказания необходимой помощи должнику. Около 60% опрошенных ничего предосудительного в признании несостоятельности или банкротства не находят и считают его вполне естественным способом разрешения финансовых трудностей. При этом всего 24% респондентов относятся к банкротству как к пятну на репутации.

На взгляд Андрея Лапко, важный фактор, определяющий эффективность применения этого закона, – четкое разъяснение заемщикам последствий, которыми чревато признание себя банкротом. Сейчас этот закон часто позиционируется как некая панацея для заемщиков от непосильной долговой нагрузке. «Звучат формулировки о том, что принятие закона защитит заемщиков от банков. Это в корне неверно. Во-первых, банки на заемщиков не нападают – решение о привлечении кредита человек принимает осознанно, никто ему этот шаг не навязывает. А для банка рассчитывать вернуть свои деньги – вполне естественно. Если искажение роли этого закона в информационном пространстве продолжится, то существующих проблем он не решит. Напротив, необходимо, чтобы люди понимали, что признание себя банкротом сродни финансовому самоубийству», – размышляет Лапко.

Сейчас о том, что у человека существуют проблемы с погашением кредита, знают только он сам, банк и бюро кредитных историй. Решение же суда о признании человека банкротом – публичная информация, и любой человек либо организация могут с ней ознакомиться. В том числе работодатель, рассматривающий кандидата на вакансию. «Признание себя банкротом – самая крайняя мера, ведь гражданин публично расписывается в том, что он не в состоянии организовать свою финансовую жизнь, а это явно негативно скажется на его социальной и профессиональной репутации. Если этот факт будет разъясняться населению, массовых банкротств не случится», – говорит Андрей Лапко. Кредиторы подчеркивают: люди должны понимать, что более целесообразно найти совместно с банком другое решение, ведь кредитные организации не заинтересованы в изъятии имущества должника и готовы идти ему навстречу – проводить реструктуризацию долга, не доводя дело до суда.  

Санкт-Петербург

У партнеров

    «Эксперт Северо-Запад»
    №4 (601) 28 января 2013
    Объединение вузов
    Содержание:
    Шаг в сторону Оксфорда

    Объединяясь, три экономических вуза Петербурга рассчитывают взять лучшее друг у друга. Четкое следование этому принципу поможет улучшить позиции высшего образования в городе

    Реклама