До свидания, Афродита

Тема недели
Москва, 01.04.2013
«Эксперт Северо-Запад» №13 (610)
Кипрская история может подвигнуть бизнес Северо-Запада искать альтернативные территории для оптимизации налогообложения

Фото: Архив "Эксперт С-З"

Кипрская проблема не будет иметь катастрофических последствий для бизнеса Северо-Запада России. Конечно, в связи с тем что на Северо-Западе немало компаний имеют в числе совладельцев кипрские фирмы, некоторые сложности возникнуть могут. Но эксперты полагают, что такие организации без особых сложностей найдут альтернативу острову Афродиты.

Взаимовыгодное сотрудничество между российским бизнесом и Кипром имеет многолетнюю историю. Кипр стал оффшорной зоной с 1980-х годов, после того как Советский Союз поддержал его в войне с Турцией. В ответ киприоты открыли свои финансовые рынки для СССР, и фактически остров стал первой страной – транзитной зоной для советских денег, вспоминает аналитик отдела рыночного анализа и консультаций брокерской компании «КИТ Финанс» Дмитрий Шагардин.

Чудо-остров

Привлекательность Кипра для отечественного бизнеса объяснялась рядом факторов. Прежде всего – благоприятный налоговый режим и либеральное отношение к холдинговым структурам. «Кипр – одна из многих юрисдикций, позиционирующихся в качестве оффшора, однако он исторически обладал особой привлекательностью для российского бизнеса. Дело не только в географической близости и удобстве расположения, хотя это существенные плюсы, – рассуждает начальник аналитического отдела Банка БФА Денис Демин. – Находясь в составе Евросоюза, и более того – внутри еврозоны, Кипр был идеальной юрисдикцией для расчетов с европейскими контрагентами. Напомним, что ЕС – основной торговый партнер России. Дополнительное преимущество по сравнению как с Россией, так и с другими странами ЕС – простота оформления юридических лиц». Кроме того, отсутствие налога на дивиденды способствовало тому, что многие российские компании получали в качестве основных акционеров кипрское юрлицо.

Существенным фактором для развития взаимодействия стало соглашение между Россией и Кипром об избежании двойного налогообложения, позволяющее преодолевать установленный законодательством РФ налог с источника выплаты при продаже долей (акций) компаний, чьи активы более чем на 50% состоят из недвижимости. В связи с этим через Кипр структурировалось огромное количество девелоперских проектов для повышения привлекательности объектов для покупателей.

По словам партнера, руководителя отдела налогового и юридического консультирования Северо-Западного регионального центра КПМГ Алисы Мелконян, в конце 2012 года Кипр был исключен из так называемого черного списка Минфина, куда входят оффшорные зоны, операции с зарегистрированными компаниями в которых подвергаются особенно пристальному контролю, а в некоторых случаях – более обременительному налогообложению (в частности, законодательство о трансфертном ценообразовании, применение освобождения по налогу с дивидендов). «Дополнительными существенными преимуществами Кипра можно назвать минимальные требования законодательства к различного рода отчетности, простоту открытия и закрытия компаний, невысокую по сравнению с другими странами стоимость обслуживания (администрирования), – перечисляет она. – Более того, кипрские государственные органы, аудиторы, администраторы уже накопили огромный опыт работы именно с российским бизнесом и завоевали доверие таких клиентов, адаптируясь под их требования».

Не только оффшор

Между тем нельзя сказать, что остров Афродиты использовался отечественным бизнесом только в качестве оффшорной зоны. Помимо того что многие холдинговые компании имели там свои подразделения, Кипр выступал логистическим финансовым центром для расчетов между российским бизнесом и странами Евросоюза. «Экономика Кипра имеет транзитный характер, через местные банки осуществлялся большой объем расчетов между российскими компаниями и зарубежными контрагентами. То есть немало средств, поступающих в иностранные банки как деньги ЕС, приходили через кипрские банки из России», – подтверждает главный экономист Альфа Банка Наталия Орлова.

Это подтверждается и финансовой статистикой. По данным Банка России, прямые инвестиции из Кипра в Россию в конце 2011 года составили 129 млрд долларов. При этом Центробанк Кипра зафиксировал прямые инвестиции в Россию на уровне всего 1,9 млрд долларов. Прямые инвестиции России в Кипр к концу 2011 года – 122 млрд долларов, по данным же ЦБ Кипра, этот показатель составил менее 1 млрд долларов, констатирует Дмитрий Шагардин.

Подобные расхождения можно трактовать следующим образом: большинство крупных компаний работают как кипрские, но счета имеют не в кипрских, а в крупных международных банках. В большинстве случаев капиталы просто мигрируют в другие оффшоры, минуя Кипр, поясняет он. Во многом именно поэтому замораживание счетов в банках острова может обернуться для российских компаний проблемами.

«В связи с заморозкой депозитов и расчетных счетов в банках этого государства отечественные компании могут ощутить проблемы, масштаб которых оценить пока трудно, так как нет ясности, сколько времени займет процесс урегулирования ситуации, – комментирует Наталия Орлова. – Кроме того, предприятиям понадобится время на то, чтобы выстроить новые транзакционные схемы, определить, через какие банки работать – российские или зарубежные. Пока же некоторая дезориентация вполне вероятна».

По данным Алисы Мелконян, на Северо-Западе довольно много компаний имеют кипрские компании в структуре группы в качестве холдинговых, финансовых или собственников нематериальных активов. «Многие группы структурируют заемное (в том числе западное) финансирование через кипрские компании, есть западные инвестиции через фонды, созданные на Кипре», – отмечает она. Поэтому предприятия округа могут столкнуться с рядом трудностей.

Компании, среди совладельцев которых есть кипрские организации

Депозиты же в кипрских банках, по мнению экспертов, сейчас размещают в основном средние компании и физические лица. По информации Наталии Орловой, в последние десять лет крупные российские компании постепенно отказывались от Кипра как от оффшорной зоны и размещали там все меньше активов, в частности депозитов в банках. «Так что сегодня вряд ли можно говорить о большом объеме средств отечественного бизнеса в кредитных организациях этого государства, – считает она. – Объем депозитов из России в кипрских банках составляет около 15 млрд долларов. Для острова сумма существенная, на фоне того что ВВП Кипра – порядка 20 млрд долларов. Для российских же масштабов эта цифра некритична и составляет примерно 2% общего объема депозитов, размещенных в российских банках».

Посмотреть в сторону

Как бы ни разрешилась в конечном итоге ситуация, она не может не повлиять на российско-кипрское взаимодействие и отношение отечественного бизнеса к этому государству как к зоне наибольшего благоприятствования. Явные оптимисты выражают надежду, что этот прецедент послужит стимулом для бизнеса возвращать капитал на родину. Более реалистичный сценарий – переоценка компаниями возможностей и рисков подобной схемы ведения бизнеса и смена приоритетов в пользу других оффшорных зон.

«Вполне возможно, что после кипрской проблемы российский бизнес несколько пересмотрит свое мнение о привлекательности оффшорных зон, – говорит Наталия Орлова. – Очевидно, что ситуация в России в ближайшей перспективе вряд ли подвигнет бизнес к массовой деоффшоризации, однако зарождение такого тренда возможно. По крайней мере отечественная банковская система сейчас выглядит более стабильно и устойчиво, чем в ряде стран еврозоны».

Как полагает Алиса Мелконян, если пакет антикризисных мер существенно не затронет налоговый режим, компании или холдинги будут взвешивать затраты на изменение структуры и полный уход с Кипра и реальные негативные (в том числе репутационные) последствия сохранения кипрских структур. По предварительным оценкам, Меморандум о взаимопонимании, подписанный между «Тройкой» и Кипром, практически не меняет налоговый режим острова, за исключением двух аспектов: повышение ставки налога на прибыль с 10 до 12,5% (однако это не затрагивает налогообложение сделок, структурируемых через Кипр) и установление налога в размере 10% на процентный доход по счетам в банках.

«Что же касается кризиса банковской системы Кипра, то, возможно, холдинги будут рассматривать сочетание сохранения прописки на Кипре с обслуживанием в банках других европейских стран. Мы как бизнес и налоговые консультанты обсуждаем с компаниями возможные альтернативы применительно к конкретным ситуациям на сегодня, чтобы выработать взвешенную позицию между рисками сохранения присутствия на Кипре и затратами на изменение структуры», – рассказывает Алиса Мелконян.

Кроме того, этот прецедент скорее научит холдинги, которые ведут реальный международный бизнес, диверсифицировать свои структуры, более тщательно отслеживать международные тенденции и реагировать на них.

«Такая первоначальная реакция наблюдается у крупных и средних российских и международных холдингов, с которыми мы в основном работаем. Что касается компаний, использующих зарубежные структуры исключительно в целях минимизации налогообложения, то их восприятие баланса рисков и выгод, сопряженных с таким способом ведения бизнеса, в принципе сильно сдвинуто в сторону выгод, в связи с чем мы не ожидаем деоффшоризации такого бизнеса», – утверждает Мелконян.

В поисках альтернативных Кипру вариантов компании будут рассматривать страны с более стабильным экономическим положением и, соответственно, меньшими рисками. Уже сегодня многие крупные предприятия Северо-Запада имеют в числе совладельцев организации, зарегистрированные в Люксембурге, Нидерландах, Великобритании. «Конкурентов у Кипра хватает, в том числе это государства с устойчивой бюджетной политикой, вроде Люксембурга. Глобальных последствий для российского бизнеса ситуация вокруг Кипра иметь не будет», – уверен Денис Демин.

Нам не по силам

Идея создания оффшорной зоны в России, озвученная правительством после возникновения проблем на Кипре, энтузиазма у экспертов не вызывает. Основная причина в том, что инвестиционный климат в целом не позволит нашей стране конкурировать с другими оффшорами.

«Послабления в налоговом режиме на отдельных территориях – конечно, мера положительная. Однако перспектив у российской оффшорной зоны с точки зрения конкурентоспособности на мировом уровне мало. Если она будет действовать в нашей юрисдикции, при существующем законодательном и юридическом режиме и качестве судебной системы, при нынешнем инвестиционном климате, то Россия все равно не будет конкурентоспособна по сравнению с тем же Кипром, – размышляет Наталия Орлова. – Бизнес, размещая активы в такой оффшорной зоне, все равно не достигнет тех целей, которые преследует, используя аналогичные зоны в других государствах. Необходимы кардинальные сдвиги в сфере улучшения инвестклимата в России, а выбрать регион для размещения такой зоны – вопрос второстепенный. Это мог бы быть и Калининград – по экономическим и территориальным аспектам он вполне приемлем».

С этим согласна и Алиса Мелконян: «Успех создания оффшора связан не только с принятием благоприятных налоговых законов, но и с наличием сервисной инфраструктуры для обслуживания зарубежных инвестиций, предсказуемостью политического режима, прозрачностью принципов взаимодействия с государственными органами, наличием ресурсов для работы с иностранными компаниями, стабильностью. Все эти аспекты, формирующие инвестиционный климат, на сегодняшний день находятся на достаточно низком уровне по России в целом и вряд ли могут быть в кратчайшие сроки воссозданы в отдельно взятом регионе».

Санкт-Петербург

«Эксперт Северо-Запад» решил выяснить, сколько предприятий в Санкт-Петербурге и Ленинградской области имеют в числе совладельцев компании, зарегистрированные на Кипре. Для этого была использована Система профессионального анализа рынков и компаний (СПАРК). По запросу «Кипр» в графе «Совладельцы» система выдала 100 компаний. Это фирмы, у которых есть или когда-либо был собственник – резидент Республики Кипр. Далее были отсеяны компании, у которых, по последним данным СПАРК, уже нет собственников – кипрских предприятий. В итоге в списке осталось 67 фирм. Мы попытались взять комментарии у компаний «Усть-Луга», «Полиметалл», «Ростелеком», ЛОМО, но они по разным причинам предпочли не говорить подробно на эту тему.

Объем инвестиций в СЗФО из Кипра вырос
Наибольшая доля инвестиций Кипра в СЗФО приходится на обрабатывающую промышленность
Объемы инвестиций из СЗФО на Кипр продолжают падать

У партнеров

    Реклама