Воспитание рынка

Русский бизнес
Москва, 16.05.2016
«Эксперт Северо-Запад» №19-22 (731)
В преддверии грядущего перехода России на топливо класса Евро-5 власти озаботились борьбой с контрафактным топливом. Можно и нужно ли с ним вообще бороться?

ФОТО: АРХИВ «ЭКСПЕРТ С-З»

1 июля этого года в жизни нашей страны намечается новая веха – переход на использование моторных топлив класса Евро-5. В подготовку к этому событию оказались вовлечены не только непосредственные игроки рынка, но и федеральные органы власти. Генпрокуратура совместно с Росстандартом и рядом иных контрольно-надзорных органов развернула массовые поверки нефтеперерабатывающих заводов, нефтебаз, сетей АЗС.

Как сообщил заместитель начальника отдела государственного надзора Росстандарта Алексей Ефимов, «в 2015 году по исполнению поручения президента было дополнительно проведено 2077 проверок, дополнительно к 1,6 тыс. проверкам в рамках планового и внепланового режимов. Прирост более чем в два раза с 2014 года».

Нарушения были выявлены в 43% проверок против 30 годом ранее, в основном – на независимых АЗС. На топливном рынке широко расходится суррогатное топливо.

Объем суррогатного топлива на сегодняшний день оценивается в 10 млн тонн, по данным Минэнерго. Суррогат наносит урон и автовладельцам, и государству, ухудшает экологическую ситуацию. По инициативе правительства была развернута масштабная кампания по борьбе с фальсификатом на топливном рынке. Чем же опасен для экономики и для потребителей «черный» рынок низкокачественного суррогатного топлива?

Знакомьтесь, контрафакт

Под поставкой на рынок контрафактного моторного топлива могут пониматься различные явления в зависимости от того, о каком конкретно виде топлива идет речь.

Президент Российского топливного союза Евгений Аркуша рассказывает:

«Дизельного топлива у нас производится в два раза больше, чем потребляется. Оно, собственно говоря, и не подделывается. Когда мы говорим о появлении контрафакта, имеется в виду, что под видом дизельного топлива продается что-то вообще иное, но со сходными характеристиками. Раньше это было печное топливо, потом появилось судовое маловязкое топливо, сейчас еще десятки названий есть. Всех их роднит одно: они на рынок выходят без акцизов».

Связь с акцизами прослеживается отчетливо. Так, ранее пальму первенства на «околодизельных» рынках держало печное топливо. Но стоило в 2011 году появиться акцизу на него – и оно практически исчезло с рынка. Свято место пусто не бывает: почетную ношу взяло на себя судовое маловязкое топливо, с которого акцизы не взимались. Как результат, с 2001 по 2015 год его производство в России выросло в четыре раза – хотя спрос со стороны военного и гражданского флотов отнюдь не демонстрировал такой прыти.

В 2015 году было принято решение начать взимать акцизы с близких к дизельному топливу по физико-химическому составу так называемых средних дистиллятов. Впрочем, контрафактных дел мастера это ограничение пока что довольно легко обходят: определение «средних дистиллятов» в законодательных нормах содержит температуру начала и конца кипения (245 и 360 градусов по Цельсию соответственно). Но ничто не мешает перевести начало кипения на 240 градусов и чуть поднять температуру конца кипения – и уйти тем самым от акцизов.

По бензину же ситуация совершенно другая.

«Естественно, контрафактный бензин с завода не выпускают, – продолжает Евгений Аркуша. – Все нефтяные компании выпускают нормальный автомобильный бензин, соответствующий требованиям

Технического регламента. Но в процессе оборота в каких-то кустарных условиях на нефтебазах происходит, скажем так, подделка, когда из базовых компонентов с помощью октаноповышающих добавок из 92-го делают 95-й. В условиях нефтебаз происходит производство того продукта, который мы называем контрафактом. Зачастую он по своим характеристикам существенно уступает автомобильному топливу».

По словам представителя службы экономической безопасности Центрального филиала «Газпромнефть-Региональных продаж» Сергея Закурдаева, некоторые «ловкие» перевозчики практикуют даже меры по легализации своей фальсифицированной продукции – для этого у вертикально-интегрированных нефтяных компаний (ВИНКов) покупается небольшая партия настоящих нефтепродуктов с подлинными сопроводительными документами.

«Недавно мы выявили нефтебазу, на которой производился контрафакт, неподалеку от Володарской нефтеналивной станции, – рассказывает Сергей Закурдаев. – Бензовозы находившейся там организации получали на Володарской станции качественные нефтепродукты со всеми сопроводительными документами. Далее они перевозились на нефтебазу, где в четырех заглубленных резервуарах производилось смешение. Единственное, чем отличался конечный продукт, – это содержание серы, остальные параметры подгонялись. По предварительным расчетам правоохранительных органов, стоимость оборудования там составила порядка 100 млн рублей. Как вы видите, производство было поставлено на поток».

Что служит причиной широкого разлива по отечественному топливному рынку контрафактного моря? Экономика. Контрафактное топливо существенно дешевле своего высококачественного конкурента.

Важно отметить, что дефицита качественного топлива в связи с переходом на класс Евро-5 однозначно нет. Нефтяники успешно осуществили модернизацию своих заводов, подготовив производственные мощности к выпуску дополнительных объемов нефтепродуктов.

Однако в ряде случаев водители сами заинтересованы в использовании некачественного топлива. Экономия на нефтепродуктах становится для них источником дополнительного дохода. К тому же б/у автомобили не столь критичны к бензинам и ДТ посредственного качества. По данным агентства «Автостат», в России в 2015 году средний возраст грузовика составлял 19 лет – очень большой срок для автомобильной техники. Доля грузовых автомобилей, чей возраст превышает 15 лет, – более 66%.

Так есть ли вред от контрафакта?

На самом деле есть. «Экономия» на акцизах обходится государству, по словам директора департамента переработки и транспортировки нефти Минэнерго Михаила Грязнова, в 8 млрд рублей ежегодно. В свою очередь эксперты компании «ИнфоТЭК-Терминал» оценивают потери государства от контрафактного топлива в сумму до 60 млрд рублей в год.

Кроме того, от массового распространения контрафакта страдают вертикально-интегрированные нефтяные компании, инвестировавшие значительные средства в развитие и модернизацию переработки, освоение выпуска топлива более высокого класса. Именно ВИНКи заинтересованы в поддержании высокого стандарта качества производимых ими моторных топлив и в мерах по сохранению качества продукта на всей товаропроводящей цепи.

ВИНКи берут инициативу

Справиться с контрафактом силами государства в существующих условиях оказалось не так-то просто. Принятие действенных мер борьбы с суррогатами фактически затягивается, обнаруживаются все новые лазейки для недобросовестных игроков рынка.

Во-первых, в ряде случаев продажа контрафакта, как это ни удивительно, полностью законна. Евгений Аркуша рассказывает: «Некоторые даже не стесняются, они не обманывают потребителей, честно пишут на ценовом табло: да, мы продаем топливо печное бытовое. Дешевое, покупайте. Да, мы продаем судовое маловязкое топливо. Оно дешевле, чем дизельное топливо, покупайте. У них есть формальные основания так делать, потому что существует такой документ – «Правила технической эксплуатации АЗС», который на самом деле устарел, и соблюдают его через строчку, но, когда надо использовать как аргумент, он вытаскивается из кармана и показывается. А там написано, что АЗС предназначены для продажи нефтепродуктов. Судовое маловязкое топливо является нефтепродуктом? Да. И какие тогда к нам претензии? Поэтому необходимо внести изменения, что на АЗС можно продавать только автомобильный бензин и дизельное топливо».

Во-вторых, даже там, где факт нарушения чреват наказанием, это наказание смехотворно мало в сравнении с получаемой на контрафакте прибылью. «Тот инструментарий, что на сегодняшний день прописан в кодексе об административных правонарушениях, эффективно не используется, – возмущается Евгений Аркуша. – У нас сегодня существует три нормы: нарушение Технического регламента, нарушения, которые приносят вред окружающей среде, жизни и здоровью граждан, и повторное нарушение с причинением вреда. Первая ступень, это где-то 100-300 тыс. рублей, вторая – до 600 тыс., а повторная – до миллиона с возможностью приостановки деятельности до 90 суток. А по результатам анализа тех данных, что мы получили от Росстандарта, средний размер штрафа – 28 тыс. рублей на одно нарушение!»

Алексей Ефимов, заместитель начальника отдела государственного надзора Росстандарта 14-02.jpg ФОТО: АРХИВ «ЭКСПЕРТ С-З»
Алексей Ефимов, заместитель начальника отдела государственного надзора Росстандарта
ФОТО: АРХИВ «ЭКСПЕРТ С-З»
Евгений Аркуша, президент Российского топливного союза  14-03.jpg ФОТО: АРХИВ «ЭКСПЕРТ С-З»
Евгений Аркуша, президент Российского топливного союза
ФОТО: АРХИВ «ЭКСПЕРТ С-З»

В свою очередь Алексей Ефимов отмечает: «Размер штрафов у нас недостаточен. Но когда Росстандарт принимает решение о штрафе, то в большинстве случаев это 100 и более тысяч рублей. Однако у юридических лиц остается возможность обращаться в суд с оспариванием нашего решения. И суды в большинстве случаев принимают решения о наложении штрафов ниже низшего предела, ссылаясь на некую финансовую сложность положения юридического лица. Поэтому средний штраф для юридических лиц получается в размере порядка 85 тыс. рублей. Кроме того, трудно доказать, что в результате реализации топлива был причинен вред окружающей среде. Здесь нужно очень серьезно подойти к судебному разбирательству, и на данный момент мы не видим возможности использовать данное положение».

Ответственные нефтяные компании разрабатывают и внедряют собственные проактивные меры, чтобы не допустить проникновения контрафакта в свою товаропроводящую сеть. Так, «Газпром нефть» выделила в своей структуре отдельное предприятие, действующее по принципу независимого контролера на всех этапах поставки топлива – от нефтеперерабатывающего завода до резервуара АЗС. Система обеспечения сохранности качества нефтепродуктов «Газпромнефть-Лаборатории» включает три важных компонента: сеть передвижных и стационарных лабораторий, плавающий график внеплановых проверок на АЗС и паспортизацию продукции на всех этапах поставки до потребителя. Такая система сводит к минимуму человеческий фактор, который мог бы послужить причиной потери в качестве. «Мы не только строго следим за качеством наших нефтепродуктов, мы еще и воспитываем рынок, ставя заслон любым попыткам проникновения контрафакта в товаропроводящую сеть», – говорит генеральный директор «Газпромнефть-Лаборатории» Виктор Чуяков. Такая «воспитательная методика» работает безотказно: блокируются любые попытки мошенников подменить топливо на одном из этапов движения нефтепродуктов. Распространение этого опыта и усиление роли независимых лабораторий может существенно помочь российскому рынку справиться с нашествием горючего контрафакта.

Санкт-Петербург

У партнеров

    Реклама