Добыча для Ватикана [ 10 ]

Александр Кокшаров, собственный корреспондент журнала «Эксперт» в Лондоне.

Противоречия между церквями в развитых и развивающихся странах делают раскол англиканской церкви вопросом времени

Архиепископ Кентерберийский (справа) сумел отложить раскол англиканской церкви

Фото: Reuters

Окончательный раскол между либералами и традиционалистами в англиканской церкви не состоялся. Архиепископ Кентерберийский Роуэн Уильямс сумел убедить 650 епископов, которые съехались на недавно состоявшуюся под Лондоном Ламбетскую конференцию, в необходимости сохранить единство церкви. Как духовный лидер 77−миллионного мирового сообщества англиканцев, архиепископ заявил на закрытии конференции, которая проходит раз в десять лет, что англиканцы «должны найти время для изучения и свободного обсуждения, причем без давления» вопроса, насколько им следует принимать изменившиеся общественные представления и мораль.

Впрочем, единения между сторонниками реформ и консерваторами внутри церкви достигнуть тоже не удалось. Единственное, чего добился Уильямс, — отложить на несколько лет окончательное решение раздирающих англиканцев проблем. Уже в течение следующего года 44 национальные и региональные англиканские церкви должны договориться о предварительной версии внутрицерковного соглашения, которое окончательно определит новую англиканскую доктрину и прояснит вопросы практического богослужения.

Правда, окончательное утверждение нового соглашения, которое станет самой серьезной реформой англиканской церкви за последние 450 лет, может растянуться до неблизкого 2013 года, поскольку потребует одобрения всеми 44 церквями — участницами мирового англиканского сообщества. Если же одобрение получено в итоге не будет, то третью крупнейшую в мире конфессию (по числу приверженцев больше только римских католиков и православных) ждет раскол.

Два вопроса

Об остроте конфликта между традиционалистами и реформаторами красноречиво свидетельствует тот факт, что Роуэн Уильямс предпочел завершить конференцию без официального голосования по вопросам, которые больше всего беспокоят церковь. Спорных тем оказалось немало, но в целом двухнедельное обсуждение фактически свелось к дебатам по двум вопросам — отношение к гомосексуалистам и женщинам-епископам.

Проблема гомосексуальности была поднята в англиканской церкви еще в 2003 году, когда американец Джин Робинсон, открыто живущий в союзе с мужчиной, был избран епископом штата Нью-Гемпшир. Это вызвало волну критики со стороны традиционалистов, прежде всего в англиканских церквях в Африке. Они призвали архиепископа Кентерберийского запретить гомосексуалистам не только принимать епископство, но даже становиться простыми священниками. Прозвучал призыв отказаться от благословения гомосексуальных союзов, что сегодня практикуется в либеральных приходах Канады, где однополые браки разрешены законом с 2005 года, и в некоторых штатах США, где также были легализованы однополые браки или гражданские союзы.

Хотя епископ Робинсон не получил приглашения на нынешнюю Ламбетскую конференцию, в Кентербери он (и еще несколько священников-либералов) приехал. Это привело к тому, что более 230 консервативно настроенных епископов решили бойкотировать англиканский съезд, собравшись в июне на свою конференцию в Иерусалиме, которая прошла под названием Мировой съезд о будущем англиканцев (Gafcon).

Во время Ламбетской конференции Уильямс убедил англиканских прелатов из США и Канады ввести временный мораторий на назначение новых епископов и священников-гомосексуалистов, чтобы не обострять отношения с традиционалистами из развивающихся стран. Но епископ Лос-Анджелеса Джон Бруно заявил, что в его церковном округе отказ от благословения однополых союзов «будет воспринят с неодобрением». По его мнению, «реальностью является восприятие новой общественной морали»: штат Калифорния легализовал однополые браки в мае 2008 года.

Что касается посвящения женщин в епископство, то в большинстве англиканских приходов развитых стран это происходит уже на протяжении десяти-пятнадцати лет. В Африке же и Азии подобный род деятельности остается исключительно мужской прерогативой. Однако в начале июля избрание женщин-епископов поддержал синод Церкви Англии, что уменьшило возможности традиционалистов критиковать либерально настроенные церкви.

Подводная часть айсберга

Впрочем, два обсуждаемых ключевых вопроса — лишь верхушка айсберга, яркая иллюстрация принципиальной разницы во взглядах на необходимость иметь единую универсальную доктрину церкви.

Традиционалисты настаивают на том, что церковь должна противодействовать переменам и давлению со стороны общества. Либералы полагают, что в рамках англиканского сообщества могут сосуществовать разные доктрины, которые отражают разную степень социально-экономического развития в странах, где действует церковь. Так, епископ Северной Калифорнии Марк Бишоп заявил, что «англиканцев объединяют совместный молебен, совместные богослужения и совместная вера в Христа». Это, по его мнению, гораздо важнее, чем единая, централизованная доктрина, аналогичная универсальным правилам римско-католической церкви с ее жесткой иерархией.

Социолог Лондонской школы экономики Джером Льюис так прокомментировал причины раскола: «Проблема англиканской церкви в ее децентрализованном характере. Современная церковь во многом вынуждена действовать как компания: чтобы не терять паству, которая выступает в качестве клиентов, она должна соответствовать представлениям своих верующих. Например, в развитых странах она не может позволить себе игнорировать меньшинства, какими бы они ни были — женщины, геи, лесбиянки и прочие. А в развивающихся странах нужно соответствовать консервативным представлениям большинства. Разница в интересах церкви в развитых и развивающихся странах создает конфликт, разрешить который становится просто невозможно».

Раскол назревает

Архиепископ Уильямс попал в сложную ситуацию — им недовольны и реформаторы, и консерваторы. Для первых он оказался недостаточно либерален, для вторых — недостаточно ортодоксален: не буквально трактует Священное Писание. Во многом в столь щекотливое положение архиепископа Кентерберийского поставила эволюция англиканской церкви в последние десятилетия.

Зародилась эта церковь в Британии. Сегодня же здесь проживает меньшинство мирового сообщества англиканцев. Так, Церковь Англии, главой которой формально является британская королева Елизавета II (а реально Роуэн Уильямс), насчитывает 13,4 млн человек (26% населения). Но активно посещающих службы среди них немного — по данным Церкви Англии, всего 1,7 млн человек.

Кроме Англии англиканство исповедуют многие валлийцы, а также некоторые жители Северной Ирландии и Шотландии, где доминируют католичество и кальвинизм. При этом число англиканцев в Британии постоянно снижается из-за падающей религиозности населения. В 2007 году за счет иммигрантов из стран Восточной Европы (прежде всего из Польши) католиков в Британии впервые с XVI века стало больше, чем англиканцев.

За пределами Британии заметные англиканские общины есть в бывших колониях. Среди развитых стран — в Австралии (3,8 млн человек), США (2,3 млн человек в Епископальной церкви), Канаде (700 тыс. человек) и Новой Зеландии (600 тыс.). Но, как и в Британии, число приверженцев церкви в развитых странах постепенно снижается. Например, регулярно посещает богослужения всего 14% англиканцев-австралийцев от общего числа общины. Именно поэтому в развитых странах стала популярна либеральная стратегия, в рамках которой церковь пытается быть привлекательной для самых разных слоев населения, включая меньшинства.

Совсем другая ситуация в бывших британских колониях, которые находятся в развивающемся мире, прежде всего в Африке. Сегодня на Черном континенте проживает две трети всех англиканцев мира. Так, крупнейшая англиканская церковь в Нигерии насчитывает 17,5 млн человек, в Уганде живет 8 млн англиканцев, в Судане — 5 млн, в Кении — 2,5 млн, в Танзании и ЮАР — по 2 млн. При этом в Африке англиканская паства постоянно увеличивается. Этому способствуют и высокая рождаемость среди местного населения, и активная миссионерская работа. Англиканские миссионеры в Африке ежегодно обращают в свою веру сотни тысяч не только анимистов-язычников, но и приверженцев других ветвей христианства и даже ислама.

Нередко ортодоксальность англиканских церквей в развивающихся странах приходится по душе пастве развитых стран. Есть немало примеров, когда приходы решают уйти из своей либеральной церкви под крыло ее консервативной сестры в третьем мире. Лучше, рассуждают они, Нигерия или Мексика, нежели подчинение епископам-женщинам или гомосексуалистам. Так, из американской епископальной церкви прямо накануне Ламбетской конференции ушла община Сан-Хоакин из калифорнийского Фресно. Под эгиду церквей Уганды и Кении в сентябре собираются перейти епископальные общины Питсбурга (Пенсильвания) и Форт-Уорта (Техас). Случаи переходов стали настолько частыми, что даже архиепископ Уильямс был вынужден обратиться к традиционалистам с просьбой не отнимать паству на канонической территории других англиканских церквей в развитых странах.

Без альянсов

Внутренние проблемы англиканской церкви уже стали мешать ее связям с другими конфессиями. Так, католический кардинал Вальтер Каспер, посланник Ватикана на Ламбетской конференции, с разочарованием отозвался о решении Церкви Англии посвящать в епископы женщин. По его мнению, оно нарушает библейскую традицию, и решение этого вопроса важно «не менее, чем вера в Христа».

Ватикан на протяжении нескольких лет ведет переговоры с англиканскими церквями об объедении. Хотя англиканцы откололись от Рима в 1534 году (когда король Англии Генрих VIII не получил от Ватикана разрешения аннулировать свой брак в преддверии новой женитьбы), они по сравнению с другими протестантскими церквями Европы в наименьшей степени подверглись Реформации. Воссоединение католической и англиканской церквей значительно повысило бы статус Ватикана среди всего христианского мира. Однако либеральный подход многих англиканских церквей в развитых странах не только ставит под угрозу подобный альянс, но и делает его невозможным. Ватикан не готов мириться с тем, что женщины становятся священниками, а тем более епископами, с тем, что в рамках англиканской доктрины священники не обязаны давать обет целибата, и с тем, как воспринимаются либералами однополые союзы. Либеральные позиции высшего духовенства англиканской церкви лишь увеличивают различия между англиканцами и католиками. Так, уже после завершения Ламбетской конференции в британскую прессу попала частная переписка архиепископа Уильямса 2000–2001 годов, где он фактически приравнивал однополые отношения к браку. А это совершенно неприемлемо для Ватикана.

Нарастание противоречий между англиканскими ветвями может привести к тому, что римско-католическая церковь пойдет на сепаратный альянс с традиционалистами, прежде всего в Африке. В таком случае самой Англии воссоединение с Римом не коснется: посвящение женщин в епископы, а также либеральное отношение к сексуальным меньшинствам станет залогом независимости Кентербери от Ватикана.

Лондон