7 вопросов Анне Меликян, режиссеру

Евгений Гусятинский, корреспондент отдела «Культуры» журнала «Русский репортер»

Анна Меликян — молодая звезда отечественного кинематографа. Российская публика узнала и полюбила ее после выхода в прокат ироничной и обаятельной «Русалки», которая открыла «Панораму» — вторую по значимости программу нынешнего кинофестиваля в Берлине. Ее дебютная картина «Марс» в свое время тоже участвовала в этой секции Берлинале. Меликян рассказала «РР» о своих впечатлениях от фестиваля, о «Русалке» и проблемах нашего кино

Фото: Getty Images/Fotobank

1. Вы представитель самого молодого поколения наших кинематографистов. Что вы думаете об этой генерации?

Она существует. Режиссеры не могут появляться единично, возникать ниоткуда. Должно быть какое-то движение, и сейчас оно в России есть. Мое поколение более свободное, раскрепощенное — скажем, возраст не играет для нас никакой роли. Это раньше в семнадцать лет на режиссерский факультет ВГИКа не принимали: считалось, что у тебя должен быть большой жизненный опыт. Сегодня кино может создавать практически кто угодно — бери мобильный телефон и снимай.

2. А минусы у этой демократизации есть?

Конечно! Появилось огромное количество графоманов, каждый вто— рой считает, что он может писать сценарии. Все знают, что сюжетов — раз, два и обчелся. Но важен не сюжет, важна твоя личность — кто ты такой, зачем пришел и что собираешься рассказать.

3. В чем вы видите главную проблему современного российского кино?

В нем работают все кому не лень, профессионалов очень мало — речь не только о режиссерах, но и о тех, кто просто обслуживает съемочную площадку. Сейчас производится огромное количество сериалов, кто-то же должен все это писать и снимать! Студентов уже на первом курсе ВГИКа растаскивают на сериалы, не давая возможности окрепнуть в профессии, что-то понять. И возникает ложное ощущение, что на «мыльных» площадках можно стать режиссером. Ситуация безысходная: нужно где-то зарабатывать, платить за учебу, а она дорогая… У нас нет хорошей системы кинообразования. Но в какой-то момент инвесторы и большие кинокомпании поймут, что нужно открывать собственные киношколы.

4. Какое кино вам не нравится?

Неталантливое. Не могу сказать, как я это определяю. Просто смотрю и вижу, что кино бездарное.

5. Как родилась идея «Русалки», к которой вы сами написали сценарий?

Я сидела без работы, нужно было что-то срочно придумать, и тут вдруг вспомнилось, что у меня есть любимая сказка с грустным концом. А мне нравятся несчастливые финалы. При этом я считаю, что все мои проблемы — в Анне-сценаристе. Поэтому сейчас я занята поиском интересного сценария. Это должна быть история, которая меня удивит и заставит посвятить ей два года жизни.

6. Как фестивальная публика приняла ваш фильм?

Он собрал полные залы. Сейчас я обнаглею и скажу: «Русалку» везде принимают хорошо. Вот такая у нее судьба. Сеансы в Москве и в Берлине показали, что она понятна как простой, так и профессиональной публике.

7. Что было тяжелее при создании «Русалки» — реализовать свой замысел или справиться с производственной неорганизованностью?

И то и другое. «Русалка» — мой первый опыт работы в собственной компании «Магнум». И весь производственный процесс лег на мои плечи. Сейчас уже проще: команда проверенная. Конечно, это неправильно, когда режиссер берет на себя еще и административные функции. Я, кстати, думала, что «Русалка» жестоко отомстит мне за то, что я не могла позволить себе заниматься только творческой деятельностью. Но она меня пожалела.