Свои и чужие

От редактора
Москва, 10.08.2007
«Русский репортер» №10 (10)

Когда мы составляли план 10-го номера, нас мучили сомнения: не слишком ли мы его перегружаем? Мы сами только что позволили себе небольшой технический перерыв, а читателю посреди лета предлагаем жесткую повестку дня: тут и обострение на Кавказе, и «китайская угроза» в лицах, и убийство корейских заложников в Афганистане. Это вообще главный грех СМИ — пристрастие к жестким картинам событий, происходящих где-то далеко от нашей повседневной жизни, но создающих ее фон.

Поддержали нас, как обычно, отзывы читателей. Например, вот такая запись в интернет-дневнике: «Наверное, странно, что шестнадцатилетнюю девочку интересует не “Космо”, а подобный журнал. Но я поражена. Особенно сильное впечатление на меня произвел материал  “Доктор Лиза”. Долго думала над ним». А ведь это — рассказ про хоспис («Doctor_liza» в 7-м номере «РР»), материал далеко не «легкий»!

Хочется сохранить и развить с вашей помощью то, что у нас, похоже, начало получаться — «включенный» стиль репортажа. У Достоевского есть тема любви к ближнему и любви к дальнему. По-настоя­щему важным и интересным разговор получается, когда это расстояние удается сократить.

Заглавный материал 10-го номера — это большой репортаж-иссле­дование про молодежь Северного Кавказа и возможные сценарии ее и нашего будущего. Мы прекрасно знаем, что российский читатель и зритель устал от негативной информации. И это понятно: в стране только-только начало что-то налаживаться, и хочется окончательно избавиться от затяжной и бессмысленной национальной депрессии. Но одно дело медийный фон, складывающийся из калейдоскопа преступлений и происшествий, а другое — «включенность» в реальную жизнь страны, ее понимание.

В Ингушетии в конце июля начались тревожные события: сначала нападения боевиков, потом грубые зачистки. Анализируя информацию, мы обнаружили такое интервью «Мемориалу» жителя Али-Юрта Магомета-Гирей Аспиева: «…положили на спину что-то тяжелое, наверно бронежилет, и стали бить прикладами и ногами. Я уже не выдержал, кричу им: “Я офицер, имею награды (орден Мужества), ветеран боевых действий!” Тогда один из военных дал команду прекратить. Он меня поднял, отвел в сторону, подает руку и говорит, что его Володя зовут. “Магомет, извини, что так вышло, на лице ведь не написано”». Понятно, что все боялись: солдаты — выстрела, простые ингуши — солдат, но даже в такой ситуации иногда случается чудо — расстояние уменьшается, и чужой становится своим.

Тема своих и чужих стала стержневой в этом номере. Крайний национализм — это всегда результат депрессии и национального унижения, как в Веймарской Германии, нашедшей утешение в нацизме. Но если не брать крайности, национализм исторически возникает вовсе не в конфликте народов. Его рождает понимание того, что историю делают не только цари и полководцы, но и множество простых людей. Он появляется, когда на историческую сцену выходят граждане со своими ценностями. И эта тема — создание (или воссоздание) нации, то есть исторической общности с именем Россия, — одна из главных и для «Русского репортера», и для страны.

У партнеров

    «Русский репортер»
    №10 (10) 10 августа 2007
    Кавказ
    Содержание:
    Отцы и дети

    Редакционная статья

    Фотография
    От редактора
    Вехи
    Реклама