Нет, я не гуру, я другой

В 1961 году в чешскую лабораторию привезли из США некий новый препарат. Во время экспериментов люди, принимавшие его, рассказывали о ярких видениях. Молодой психиатр тщательно записывал эти рассказы, а потом принимался их анализировать. Этим веществом было ЛСД. А психиатра звали Станислав Гроф

Россию приехал Станислав Гроф — отец трансперсональной психологии и изобретатель метода холотропного дыхания. Явление психоделического патриарха было обставлено как должно: с религиозным трепетом. Лекция «Трансперсональное в искусстве» и двухдневный семинар под слоганом «Дай себе шанс раскрыться» вызвали приступ эйфории в отечественных психоделических кругах. Под этим соусом нарасхват шли DVD-записи презентаций (500 рублей) и прочие сувениры. Билеты (6 тыс. рублей) разбирали как пирожки. Шоу Станислава Грофа, как всегда, удалось. Духовный драйв был столь силен, что позволял не обращать внимание на вполне «недуховный», коммерческий успех предприятия. Публика получила что хотела — расширила границы сознания и на минуточку убежала от мрачноватой октябрьской действительности. Потом, конечно, придется возвращаться и вносить прозаические коррективы в трепещущий любовью духовный опыт, но это будет потом. А сейчас… В роскошном номере гостиницы «Петр Первый» перед нами сидел благообразный старец и источал вселенское обожание. Глаза его, как водится, лучились. За секунду до этого менеджер Грофа трагически шепнула нам: «Ни слова об ЛСД!» Мы учли и ни разу не упомянули название сакрального препарата. Не упоминал его и Гроф. Впрочем, отсутствие ключевого слова нисколько не влияло на качество и количество психоделического потока сознания.

Вы известный человек. Ваше имя попало во многие энциклопедии. Какая формулировка вам больше нравится: «Станислав Гроф — психолог», «Станислав Гроф — ученый», «Станислав Гроф — гуру»?

Я бы сильнейшим образом воспротивился тому, чтобы представляться как гуру. В любом случае я всегда стараюсь донести до людей, что воспринимать меня так не следует.

Кто же вы?

Я занимаюсь тем, что изучаю жизнь, мне чрезвычайно интересно, как в ней обстоят дела. Мне невероятно повезло в том смысле, что я сумел оказаться в нужном месте в нужное время.

Первоначально я учился на психоаналитика, но в какой-то момент крайне разочаровался в психоанализе. Именно поэтому я пошел изучать медицину. Когда я еще работал в Чехословакии, нам прислали этот крайне интересный инструмент из лаборатории компании «Сандос» (словом «инструмент» Гроф, видимо, деликатно обозначает галлюциногенное вещество ЛСД-25, LSD, диэтиламид d-лизергиновой кислоты. — «РР»).

Появление этого нового препарата, как я считал, при надлежащем использовании могло сыграть такую же роль в смене способа научного восприятия мира, как изобретение микроскопа или телескопа. Я удостоился участия в экспериментальных научных сессиях, в которых кроме меня участвовали и другие люди. Я смог получить собственный опыт, прожить его и сравнить с опытом, который получили другие.

Когда внезапно появился этот новый инструмент для работы с сознанием (речь, вероятно, идет опять-таки об ЛСД. — «РР»), для меня открылся целый новый мир. Поначалу я думал, что создаю новую картографию человеческой психики.

Приблизительно три года я слушал истории, которые рассказывали люди, и в некотором смысле картографировал происходящее. Я проживал и собственные сессии и сравнивал полученные данные. В конце концов я составил эту карту таким образом, что она зафиксировала все самые важные переживания.

И вот тогда я понял, что, собственно говоря, это никакая не новая картография. Она смыкается и пересекается с очень старыми, очень древними картами. Большое количество тех знаний, что получили мы, уже присутствовало в человеческом опыте.

Я понял, что многое из этой информации содержится в различных направлениях буддизма, даосизма, кришнаизма, а также в каббале. Таким образом, я осознал, что мы повторно открываем некую исключительно древнюю мудрость, которую наша индустриальная цивилизация просто выбросила в припадке юношеского максимализма.

Во времена промышленной и научной революции в материальном мире были сделаны некие открытия, которые воплотились в технологические разработки. Все эти открытия прославляли могущество разума. Наверное, вам известно, что во времена Французской революции собор Парижской Богоматери был объявлен Храмом Разума.

Все, что не принадлежит к сфере рацио, объявлялось дурным, доставшимся нам в наследство от темных веков, от неразумного детства человечества. И таким образом была сделана фундаментальная ошибка — все, что не являлось рациональным, объявлялось иррациональным. Жертвой такого подхода стала та обширная область, которую мы можем сейчас назвать областью трансрационального.

Понимаете, все великие учителя, которые получали опыт такого рода, прекрасно могли мыслить рационально при помощи рассудка. Но в добавление к рацио они обладали знанием онтологических измерений реальности, которые недоступны обыкновенным чувствам. Речь идет о тех измерениях, которые, как правило, невооруженным глазом не видны, но без постижения которых невозможно подлинное понимание мира.

Насколько реальной кажется вам картина мира, создаваемая рационалистической наукой?

В моем понимании материалистическая наука не обладает полной суммой знаний о мире. Она даже не имеет возможности изучить все существующее, весь космос. И когда я говорю о невидимых реальностях или о реальностях, которые недоступны нашим чувствам, я имею в виду не те области, в которые может проникнуть наука путем каких-либо продолжений, дополнений к нашим обыкновенным чувствам.

Я не имею в виду то, что можно увидеть при помощи микроскопа или телескопа. Это не то, что мы можем измерить с помощью каких-либо сложных технологических приборов. Я говорю о тех измерениях реальности, которые в принципе изначально недоступны каким бы то ни было методам материальной науки. Прожить их можно только в «холотропных» состояниях сознания.

Мне невероятно повезло: каким-то образом меня буквально выбросило в ситуацию, когда это повторное открытие древней мудрости сделалось возможным при помощи современных средств.

Я попытался сформулировать это в современной терминологии, чтобы это знание стало доступно для тех людей в ученых кругах, которые достаточно открыты, чтобы согласиться хотя бы просто рассмотреть этот факт.

К сожалению, большая часть ученого сообщества ведет себя наподобие религиозных фундаменталистов. Они считают, что уже знают, как именно устроена Вселенная, что в ней возможно, а что невозможно. И у них в некотором смысле есть иммунитет к каким бы то ни было формам нового знания, которые могут поколебать эту концепцию.

Давайте от отдельной личности перейдем к обществу. Государство ставит перед человеком именно рациональные цели, или, говоря в вашей терминологии, «линейные задачи». А как должно выглядеть идеальное устройство общества?

В истории существовали государства, у которых были просвещенные правители. Мы все понимаем, что и разум, в частности, повседневный разум, — это важная часть жизни.

Даниэл Големан несколько лет назад написал книгу об эмоциях, об эмоциональном интеллекте (на самом деле понятие «эмоциональный интеллект» (EQ) как способность управлять своими эмоциями и понимать эмоции других было введено Големаном еще лет пятнадцать назад. — «РР»).

Результаты, полученные в ходе исследования сознания (при помощи ЛСД. — «РР»), показали, что мы можем с тем же успехом говорить и о таком явлении, как духовный разум.

Мы существа биологические, и в идеале у нас, на мой взгляд, должна быть планетарная конституция, которая бы защищала жизнь

Я полагаю, что идеальным лидером был бы человек, совмещающий эти три формы разума. Мы существа биологические, и в идеале у нас, на мой взгляд, должна быть планетарная конституция, которая бы защищала жизнь. Защита жизни — это самое главное, она не может быть заменена ни экономическими интересами, ни политическими, ни какими бы то ни было другими.

Это связано и с экологическими целями. Человечеству нужна чистая вода, незагрязненная атмосфера, незагрязненная почва. Нужно уважение и почтение к жизни, любой жизни. Необходимо отказаться от насилия и признать его неприемлемой формой разрешения конфликтов. Что касается экологии, нужно приложить все усилия к тому, чтобы создать возобновляемые источники энергии. А не расхищать невосполнимые ресурсы.

Как вы сами боретесь с отчаянием?

Мне кажется, я не дошел еще до той точки, где ощутил бы отчаяние. Я думаю, что это возможно в том случае, если человек серьезно болен. Есть и еще некоторые аспекты жизни в этом мире, которые тоже могут быть источником отчаяния. Но, тем не менее, я придерживаюсь умеренного оптимизма в отношении того, что происходит на свете.

Частично моя надежда основана на вере в то, что изменения происходят не только на видимом глазу уровне. Вот простой пример. Если бы за 10 дней до того, как Горбачев заявил, что Берлинскую стену нужно разрушить, мне бы кто-то сказал, что это будет возможно, что произойдет освобождение стран социалистического лагеря, я бы подумал, что говорю с сумасшедшим. Просто потому что я понимаю весь ход нашей истории и знаю, как вели себя коммунисты. Но, тем не менее, это произошло. Это значит, что-то случилось на каком-то из уровней.

Но то, что это станет возможным, с политической точки зрения было совершенно не очевидным. В ходе анализа доступной нам информации я бы не смог прийти к такому выводу.

Еще пример. Внезапно в Чехословакии произошла революция, которую мы назвали «бархатной». В ходе этой революции никто не погиб. А в один прекрасный день мы проснулись и обнаружили, что распался Советский Союз. При этом тоже никто не погиб! В тот момент мы как раз были на совместном ретрите (психологическом тренинге. — «РР») с одним из моих друзей. И когда он узнал, что произошло, то сказал, что распалась одна сверхдержава и недолго осталось ждать, пока это произойдет и с другой.

Проблема США на данный момент заключается в наличии огромного промышленного комплекса, обслуживающего оборонку, который теперь в некотором смысле живет собственной жизнью. Если пытаться распустить всю эту структуру, то люди будут терять работу и так далее.

Американские граждане протестовали, когда после распада Советского Союза стало понятно, что нет необходимости вкладывать такие средства в оборону — ведь большого врага больше нет. Но ребята из Пентагона защищали свои интересы. Они говорили, что, может быть, глобальной войны не будет, но могут быть другие вооруженные конфликты в разных местах.

Билл Клинтон пытался упразднить некоторые из военных баз. Но в городах, которые обслуживали солдат с этих военных баз, происходили буквально революции: жители бунтовали, потому что солдаты были основными покупателями в их магазинах. Так что проблема эта очень сложная. Если мы закрываем какой-то военный объект, то людям нужно предложить нечто равноценное. Простите, это не имеет особого отношения к нашей дискуссии. Это просто комментарий с моей стороны.

Статьи на тему: «Здравоохранение»